И не делал ничего?..
— Встань, — нетерпеливо велел Мамору.
Горло обжигала злость, которую он не мог больше сдерживать. Он хотел лишь одного: взять катану и снести головы всем тем, кого его брат набрал в свой совет. К чьим словам прислушивался. Тем, кто решил столь долго утаивать такие вести...
Войско страны, с которой Империя враждовала испокон веков, прорвало границу! В горах, где Сёдзан чувствовали себя, словно дома. Ее было невероятно тяжело удерживать. Вернуть будет почти невозможно.
Рык рвался из груди, и Мамору сцепил зубы.
— Это война, — его слова прозвучали холодно и резко. — Мы должны действовать.
У него за спиной раздался тихий вздох, и он резко обернулся. Глаза Талилы светились огнем, природу которого он не хотел знать.
— Останься здесь, — велел он ей. — Моему брату ни к чему тебя видеть.
По тому, как дернулся ее подбородок, он подумал, что Талила воспротивится. И заранее почувствовал раздражение. У него не было времени на ее капризы.
— Хорошо.
И потому он удивился, не услышав возражений.
Он впился в жену пристальным взглядом, но Талила, будто нарочно, склонила голову и смотрела себе под ноги.
С этим он разберется позднее.
— Подай мне куртку, — велел он Такахиро и с трудом распрямился, чтобы натянуть на плечи принесенную одежду. Стиснув зубы, завязал пояс и прицепил к нему ножны с катаной.
В теле, казалось, не осталось ни одного места, в которое не отдавалась бы сейчас тупая боль.
Остаток ночи слился в одно большое, темное пятно. Он ворвался в постройку, где собиралась императорская стража, жалея, что не может срубить головы всем этим бездельникам.
— Во дворец проникли убийцы, подосланные Сёдзан, — его голос громовым раскатом пронесся по помещению, заставив многих самураев поежиться и склонить головы. — Вы их пропустили. Вы!..
Чем больше они опускали глаза, тем сильнее в груди Мамору вспыхивал гнев.
— Где служанка моей жены? — спросил он, сузив глаза.
— Ее заперли в..."
"— Освободи Юми и возвращайся к госпоже Талиле, — велел он Такахиро, даже не дослушав ответ.
— Будьте рядом с ней, когда придут за телами
Поклонившись, тот поспешно ушел.
— Молитесь на моего брата, — бросил он презрительно застывшим стражникам. — Лишь благодаря ему у вас еще есть руки и головы.
Чувствуя, как на висках выступает испарина, Мамору широким шагом направился прочь. Впереди его ждала встреча с советниками. Или же лучше сразу попытаться достучаться до Императора?..
Время, время утекало сквозь пальцы.
