Последняя надежда

 – Он сам это полено домой принес.

Женщины понимающе переглянулись.

– Потом ревела, что ты ей всю жизнь испортила. Пришлось даже прикрикнуть на нее. На Ивана потом переключилась, что мается с ним столько лет. В общем, запуталась баба, а распутаться никак не может. Жди, скоро к тебе пожалует. – Предрекла она.

Я кивнула. Маму я знала хорошо, и ждала тех самых минут просветления, когда она начинала адекватно реагировать на творящуюся вокруг нее жизнь. Да, когда-нибудь придет и поговорит без кучи обвинений, а пока мне просто следует держаться от нее подальше.

– Значит, вот как ты отдыхаешь дома? – В дом Анны Николаевны влетел злой Виталик. – Мам, я просил присмотреть, а не подвергать риску. Ей отдыхать надо!

До дома пришлось слушать недовольное сопение сидящего за рулем Догилева. Александра Алексеевна попыталась что-то объяснить сыну, но быстро поняла, что пока он на эмоциях, то все бесполезно. Не услышит он.

Около дома обнаружилась небольшая красная машина. Рядом с ней стояла худая девушка с синими волосами, выглядывающими из под объемной шапки.

Я, узрев это чудо, вопросительно посмотрела на Виталика.

– Парикмахера к тебе вызвал. Вика посоветовала мастера. – Он устало вздохнул.

– Ладно. – Пожала плечами, глядя как Александра Алексеевна, споро выбравшаяся с заднего сиденья, заводит девушку в дом.

Парикмахера звали Тасей и мне она безумно понравилась. В последний раз я стригла волосы в парикмахерской на четвертом курсе, а после этого самостоятельно равняла острыми портняжными ножницами. Тася же сначала долго на меня смотрела, спрашивала профессию, и лишь потом принялась за дело.

А еще она не клеилась к мрачному Догилеву, что я оценила. Если честно, то я привыкла, что женщины на него смотрят, как на лучший шанс в своей жизни, который просто необходимо использовать.

– Тебе не надо на работу? – Спросила Виталика, сидевшего позади меня в паре метров.

– Нет. Там бумажная работа, Дюха справится. – Ответил он. – Тем более, ты после стрижки купаться надумаешь, а я это точно не смогу пропустить.

Особенно после вчерашнего. – Он выразительно осмотрел на мою коленку.

Я покраснела. Ну почему он себя так нахально ведет в присутствии другого человека? Догилев всем своим видом демонстрировал мою принадлежность ему. Ревнует что ли? Внимательно осмотрела Тасю, девушка, как девушка. Да волосы синие, рубашка мужская какая-то, джинсы прямые. Пирсинг, татуировки, но не так, чтобы много. Голос низкий, почти блюзовый.

Я услышала позади себя скрип зубов и опустила ресницы.