Барон строго посмотрел на нее, а майор Нитке укоризненно покачал головой.
— Кстати, в последнее время полковник очень переживал за свою семью, — добавил Олег. — У него не было связи с домашними, а к Дюссельдорфу подходили армии союзников, и город постоянно бомбили. До своей трагической гибели он так ничего и не смог выяснить о своей семье.
— Ну, хорошо, будем считать, Алекс, что вы меня оконфузили, — признал барон, который выглядел немного смущенным. — Прошу простить. Как погиб Фердинанд?
— Это случилось в конце марта.
Городок Рутц в Силезии, в шестидесяти километрах от Бреслау. Я вернулся с очередного задания, из Венгрии, мы обсуждали планы моей работы в Восточной Померании. Все уже разошлись, полковник задержался в штабе. В этот момент начался авианалет. Здание на Оберштрассе, в котором временно размещался отдел разведки, было разрушено прямым попаданием бомбы. Пострадали соседние здания, склады, казармы батальона СС. Пожарный расчет прибыл с опозданием, не мог справиться с тем, что там происходило.
В разборе завалов участвовали добровольцы из горожан и военнослужащих. Мы нашли останки полковника. Он был сильно изувечен, раздавлен, погиб на боевом посту.
— Тем самым избавил себя от мучительной дилеммы, вставшей перед выжившими, — пробормотал, уходя в себя, фон Гертенберг.
Он немного побледнел, натянулась гладко выбритая кожа на скулах.
— После трагической гибели полковника я выполняю указания его заместителя майора Отто Штрауба. Операцию разработал фон Шефер, заканчивать ее пришлось без него.
В ходе выполнения своего задания я был схвачен агентами советской контрразведки, и только счастливый случай помог мне вырваться из подвала.
— И где вы собираетесь искать своего руководителя Штрауба? — подал голос майор Нитке.
— Признаться честно, я в затруднении, герр майор, — со вздохом проговорил Олег. — Я знаю, что майор со своими людьми был передислоцирован из Рутца в Берлин. Но то, что происходит сейчас в столице рейха…"
"— Полностью исключает вашу встречу, — заявил барон и усмехнулся.
— В чем заключалась суть вашего последнего задания? Надеюсь, вы понимаете, что это уже не является военной или государственной тайной?
— Я бы так не сказал, господин барон. — Олег делал вид, что борется с противоречиями, терзающими его. — Хорошо, я все понимаю, обстановка меняется. Я вступал в контакт с несколькими агентами Абвера, внедренными в советские структуры. Они имеют личные претензии к большевикам и не намерены прекращать подпольную работу.
