– Обидно замёрзнуть в собственной постели… Неведомый некто не позволил покинуть кровать, но, может быть, он разрешит лечь в неё целиком? А, была не была!»
И она, мысленно попросив Ясноликую о помощи и подспудно ожидая нового укола боли или чего-нибудь похуже, скользнула под одеяло и второй ногой.
На этот раз укола не последовало, а то, что скрывалось в кровати, снова переместилось. И теперь очутилось в районе подмышки девушки.
Такое меховое, очень тёплое и…?!
Рывком отвернув одеяло, Есения с изумлением уставилась на приличных размеров кота, вольготно расположившегося у неё под боком.
- Ты откуда взялся, мурлыка? Двери-то были закрыты!
Кот прищурил зелёные глаза и увеличил вибрацию."
"- Ладно, утром выясню, чей ты, – решила новобрачная. – Кот – это не страшно, – пробормотала она, снова укрываясь и поудобнее устраиваясь на подушке. – Вот как изначально всё шиворот навыворот, так и дальше идёт. Хотя, с какой стороны посмотреть: моя брачная ночь всяко лучше, чем та же ночь у его светлости. У меня мягкий, тёплый и мурчащий кот, а у герцога…, – Есения хихикнула, – спящая пьяным сном любовница.
Кота хоть погладить приятно, да и мурчит он убаюкивающе. А леди Кларисс… Сомневаюсь, что её храп так же приятен для слуха, как тарахтенье кота. Бедный герцог! Впрочем, он сам выбрал, с кем ему коротать эту ночь!»
И незаметно для себя девушка уплыла в сон.
Глава 16
А разбудил его не рассвет, а странный и неуместный в спальне звук – словно что-то большое и неуклюжее брякнулось с высоты.
Разлепив глаза, герцог подскочил и обнаружил, что не ошибся – именно неуклюжее, большое и вдобавок полупьяное…
Иными словами – леди Кларисс.
Оказывается, леди во сне покинула границы кровати, шлёпнулась на пол, и теперь елозила, пытаясь подняться. Принять вертикальное положение ей мешали остатки вина в организме и обмотавшиеся вокруг ног остатки сорочки.
- Ми-илый! Я упа-ала, – заплетающимся языком бормотала любовница. – Ты где?
- Я тут, любовь моя! – отозвался герцог, одним движением перемещаясь к противоположной стороне кровати.
Там герцог лёг на живот, словно провёл на этой половине постели всю ночь, и свесил голову вниз.
- Ох, милый, – леди задрала голову и посмотрела на любовника. – Что ты сделал с моей сорочкой? Варвар! Смотри – её теперь не починишь, а ведь она сшита из льежского льна!
- Я куплю тебе три взамен, – ответил Джонатан. – Не лежи на полу, ты простынешь! Иди ко мне!
И чертыхнувшись про себя, помог женщине подняться и вернуться на кровать.
