У них, в графстве, крестьяне устраивали в поселениях нечто подобное, но катались только дети.
Однако она не решилась настолько явственно показывать, что целая герцогиня интересуется обычными для крестьян развлечениями. Поэтому отправилась не на улицу, а в холл, где часть окон выходила как раз на задний двор.
По дороге ей никто не встретился, значит, все – и гости, и прислуга, из тех, кто не сильно занят или просто улучил минутку – собрались снаружи, у горок.
Молодая женщина приблизилась к окну и с любопытством выглянула – точно, все там!
Несколько минут она с лёгким оттенком зависти жадно наблюдала, как гости один за другим – и подростки, и девушки, и почтенные матери семейств, и даже убелённые сединой лорды! – взбирались по деревянным ступеням к верху рукотворного ледяного склона, плюхались на куски шкур и с хохотом или восторженными воплями съезжали вниз.
Там их встречали слуги, помогали встать, поднимали катанку и несли вслед за лордом или леди. Дети же свои куски тащили сами, обнимая, как нечто драгоценное.
Весёлые, разрумянившиеся, пересыпанные снегом и смехом…
Ах, как хочется присоединиться!
Она даже губу прикусила, борясь с почти невыносимым желанием накинуть шубку, сунуть ноги в сапожки и выскочить наружу.
Но увы! Она не просто леди, она – её светлость! Хозяйка… Ей непростительно подобное ребячество. Потом, нельзя забывать и о беременности – а вдруг она упадёт, ушибётся? Или в неё влетит кто-то из других катающихся? Вон, как раз только что столкнулись высокий лорд и юная ле…
В это мгновение лорд в синем камзоле поднялся, отряхиваясь, и Есения забыла, как дышать – это же… это же Джонатан!
Значит, она тут хлопочет, старается, чтобы всё прошло безупречно, а он там развлекается?! Никого не стесняясь, ухаживает за другими леди, мало ему Кларисс? Запретил вчера выходить из покоев – заботился, чтобы его жена хорошо отдохнула или удалил ей, чтобы не помешала хорошо отдохнуть ему самому?!
Прищурив глаза, она смотрела, как супруг помогает подняться девушке, как к ним подбегают слуги.
Как заливисто хохочет юная леди и как открыто и весело смотрит на неё его светлость.
В сердце уколола горячая игла, и в эту же секунду Джонатан резко обернулся и посмотрел на замок. Ей показалось – прямо на Есению.
Словно почувствовал взгляд!
Охнув, герцогиня отшатнулась и впечаталась спиной в чьё-то тело. Не успела опомниться, как мужские руки обхватили её за плечи и прижали крепче, останавливая падение.
- Миледи, простите! – прозвучал смутно знакомый голос.
