- Ах, мило-о-рду? – произнёс герцог и в свою очередь фыркнул, рассматривая самодовольно ухмыляющегося гостя. – Я правильно понимаю – ты никакой не виконт Гри? А где настоящий Гри и кем ты сам являешься?
Поддельный виконт приосанился, окинул торжествующим взглядом Джонатана, потом снова мазнул глазами по Есении и выпалил:
- Понятия не имею, где тот лордик. А я – первенец нашего общего отца. И, стало быть, твой старший брат и законный наследник покойного герцога Гильермо.
- А-а-а! – протянул милорд. – Не знал, что матушка успела до моего рождения обзавестись ещё одним сыном…
- У нас с тобой, к счастью, были разные матери, – заявил мнимый виконт.
- Вот как? Теперь мне понятно, почему до сегодняшнего вечера я о брате никогда не слышал! Мой, – Джонатан выделил это слово голосом, – отец был женат только на одной женщине, и у неё родился лишь один сын – я.
- Просто герцог скрыл от всех существование первенца, – прошипел Теодор. – Сначала подло воспользовался доверчивостью юной баронессы, а когда добился своего, то отверг все её претензии и выгнал из замка.
Но моя матушка не сдалась, она требовала возмездия, собиралась обратиться к королю, и тогда отец откупился от семьи девушки, а её саму спешно выдал замуж за престарелого баронета. Спрятал свой грех. Я рос в дальней провинции и был лишён всего, что мне причиталось по праву!
- Какая трагедия! – преувеличенно-скорбно вздохнул Джонатан. – Я правильно понимаю, что ты, «невиконт Гри», эту душераздирающую историю слышал от своей матушки? И, разумеется, она поведала, что до ночи с герцогом она была невинна?
- Разумеется! Баронесса – приличная девушка!
- Боюсь разбить твои иллюзии, но я хорошо знал своего отца – он был человеком чести! И хоть после смерти моей матери не жил монахом, но в любовницы брал исключительно вдовушек.
При этом тщательно следил, чтобы ни одна из них не наградила его бастардом.
- Значит, выучил урок, – упрямо мотнул головой Теодор. – Подло обошёлся с юной баронессой, и в дальнейшем ничего подобного не допускал.
Но это не отменяет мерзости его поступка!
- Раз уж мы все тут собрались, – добавил Джонатан, – и не планируем в ближайшее время расходиться, предлагаю куда-нибудь усадить леди, чтобы она не маячила перед глазами, и спокойно обсудить создавшееся положение. Льера, принеси для миледи стул или скамейку!
Экономка посмотрела на молочного брата.
- Принеси, Лиера, – разрешил тот ей. – Миледи будет вести себя тихо, если она не хочет остаться без одного глаза.
