Последыш. Книги I и II

А тут писаная красавица! Понятное дело, что сразу же пустил слюни, тем более, что никак не мог разобраться в ее статусе.

Кузина-то она кузина, но троюродная сестра — это, по любому, не близкая родственница. А значит, случись между ними близость, это не будет считаться инцестом, хотя, как обстоят дела с этим вопросом в мире Ингвара, Игорь не знал. Поэтому исходил из своих собственных представлений, почерпнутых в другом мире и в другой культурной среде. Он вообще знал пока об этом мире слишком мало, чтобы правильно понимать происходящее.

Слишком много переменных, и все они пока являются для него скорее неизвестными, чем заданными заранее.

Взять хотя бы модус операнди современной аристократической молодежи. Ольге на вид лет двадцать с небольшим. Может быть, даже двадцать два, но вряд ли больше. И тогда возникает вопрос, отчего она не замужем? Оттого, что так рано аристократки здесь замуж не выходят, — если брать за пример современную Игорю Викентиевичу продвинутую молодежь в больших американских и русских городах, — или потому что не берут? Может быть, она бесприданница или еще что-нибудь в этом же роде.

Возможно, глупость спросил, но настораживает ее присутствие здесь и сейчас, в замке княгини Кемской в день приезда молодого графа Менгдена. Княгиня действительно позвала ее, чтобы Ольга, как представительница молодого поколения, помогла ей в адаптации и социализации несчастного Ингвара? Или «старушка» преследует совсем иную цель, откровенно сводя вместе подходящих по происхождению и социальному положению партнеров?

«Сватает неназойливо? — предположил Игорь закуривая.

 — Все возможно. Но тогда возникает вопрос, чем так уж хорош Ингвар или, напротив, чем так уж плоха Ольга?»

«А может быть, она и вовсе постоянно живет с княгиней? — задумался он. — Воспитанница, приживалка, компаньонка? Все возможно…»

Вопросов было много. Часть из них касались его будущего, зато другая — относилась исключительно к личному интересу. Необременительная связь без обязательств была бы для Игоря замечательным решением.

Но он не знал, уместны ли в его случае какие-либо поползновения такого рода. Оставалось лишь набраться терпения, чтобы ждать и наблюдать.

Усталость, стресс и выпивка до добра не доведут. И нет ничего удивительного в том, что ночью Бармину снились очень яркие и невероятно чувственные эротические сны. Проще говоря, приснилась ему Ольга, и, что любопытно, приснилась неоднократно. То есть, это был не один какой-нибудь длинный сон, а много отдельных.