Но ведь милиция приходила и спрашивала, где ты был. Тебе нужно было алиби. Значит, кого-то ты все-таки убил. Я хочу знать кого.
— Подожди, подожди…
Почва уходила из-под ног быстрее, чем он успевал осознавать происходящее."
"— Алина, ты ошибаешься. Он не может быть жив. Я убил его. Мы во всем разберемся, я тебе обещаю, только не по телефону. Не дай бог кто-нибудь услышит. Ложись спать и ни о чем не думай, это нервы, вот увидишь. Утром ты успокоишься.
Утром она приехала в павильон бледная, с измученным лицом и больными глазами.
Играла из рук вон плохо. На площадке постоянно было много народу, и это избавляло от объяснений. В перерывах он убегал от нее, звонил по телефону, разговаривал с членами съемочной группы. Решение было принято ночью. От Алины нужно избавиться. Убийство Татосова так и не раскрыли, и теперь Алина — единственная, кроме самого Смулова, кто знает правду. Ему достаточно было услышать ее голос вчера по телефону, чтобы понять: она не смирится, она не будет его покрывать. Он был для нее божеством только потому, что взял на себя страшный грех ради ее спасения.
А коль это не так, любви и восхищению придет конец. Она его сдаст не задумываясь.
Когда съемка закончилась, он в сопровождении нескольких человек (умышленно, чтобы не нарваться на объяснение) подошел к Алине.
— Ты сегодня что-то не в форме. У нас осталось только два дня в этом павильоне, и мы не можем позволить себе бесконечные дубли. Поезжай-ка домой, милая, выпей чего-нибудь успокоительного и ложись спать.
Тебе нужно как следует выспаться.
Он наклонился к ее щеке, поцеловал и тихонько шепнул:
— Я вечером заеду, и мы обо всем поговорим. Ни о чем не волнуйся, все в порядке, я тебя уверяю. Тебе просто показалось.
Вечером, около одиннадцати часов, он приехал к Алине. Все оказалось даже хуже, чем он предполагал.
— Не смей уверять меня, что я сумасшедшая! — кричала Алина. — Не смей говорить, что мне показалось. Я сегодня ездила туда, я видела его, говорила с ним. Он мне рассказал, как ты уговаривал его уехать, как посылал ему деньги.
А на самом деле ты убил кого-то другого, какого-то Татосова. Я ведь даже фамилии этого Психа не знала. Милиционеры спрашивали про Татосова, а я-то, дура, думала, это про него спрашивают. Я тебя покрывала! Ты сделал из меня соучастницу! Дрянь, холодная бессердечная дрянь! Ты просто пользовался мной, моей благодарностью и преданностью!
Он сразу, едва войдя в квартиру, понял, что Алина принимала лекарства.
