На песке прямо у его ног лежала златовласка, с которой он недавно познакомился.
Почему-то это беззащитное, хрупкое создание вызвало в нем прилив внезапной нежности.
Воспоминание, как она лежала рядом с ним на песке, было столь сильным, словно это случилось вчера.
— Как же тебя так угораздило? — спрашивал ее тогда Анголос. Он тряс ее до тех пор, пока она не открыла глаза.
Волшебные глаза янтарного цвета уставились на него. Кажется, Джорджи еще не совсем понимала, что произошло. Она явно находилась в состоянии шока.
— Я не думала... я... я имею в виду, это...
— Ты что, хотела убить себя?! — закричал он, не обращая внимания на ее слабые оправдания.
— Конечно... нет.
— Какого черта ты там делала?!
— Плавала.
— Нет! Ты, черт возьми, тонула! — Он смотрел в ее глаза и неожиданно для самого себя припал к ее губам и поцеловал ее.
Даже сейчас, когда все было позади, Анголос чувствовал ее испуг. Губы Джорджи, соленые на вкус, приоткрылись, когда она отвечала на его поцелуй. Он никогда не сможет забыть, каким податливым было ее тело, как она дрожала в его объятиях.
Анголос с трудом оторвался от губ девушки.
Она теребила его промокшие волосы своими хрупкими пальчиками.
Анголос отстранился, чтобы не чувствовать ее робких прикосновений.
— Ты же не хочешь этого.
— Ты сумасшедший, — прошептала она, дрожа.
— Не спорю, — подтвердил он, еле сдерживаясь.
Стройное, гибкое тело девушки горело. Он чувствовал это даже сквозь промокшую одежду, которая их разделяла.
— Не останавливайся! — воскликнула Джорджи охрипшим голосом, и Анголос уже не мог более сдерживать себя.
Она пылала, словно пламя, в его руках, податливая, нежная и столь же ослепленная желанием, как и он сам.
Почти год Анголос не держал женщину в своих объятиях.
Когда он впервые узнал, что у него рак, его жизнь неожиданно переменилась.
У Анголоса хватало силы воли и уверенности, чтобы всегда подчинять себе обстоятельства. И вдруг он потерял контроль над ситуацией. Он злился на себя за это.
Анголос не понимал, насколько бывает сильна его злость, пока однажды не спросил своего лечащего врача:
— Скажите мне прямо, доктор, моя болезнь может убить меня?
— Да, мистер Константин, — был ответ.
— Но только если вы не дадите ей отпор.
Неделю спустя Анголос проснулся рядом с женщиной, имени которой даже не знал.
Он не был святым, но до этого никогда не позволял себе секса на одну ночь. Потом, когда лечение опустошило его тело, сделав его бесплодным, он уже не мог позволить себе безумный секс.
