— Прошло еще шесть месяцев, прежде чем он наконец решился поговорить с ними, и знаешь, что самое смешное? — Она замолчала и вытерла слезы, катившиеся по щекам. Они все знали. И ждали, когда он откроется им. Классический сюжет.
Анголос повернулся к Джорджи, В его глазах застыло странное выражение.
— И вы никогда не были любовниками?
— Ты — единственный мужчина, с которым я спала, Анголос. Мой так называемый тайный любовник — лишь плод твоего воображения.
Анголос побледнел.
— Что я наделал?! — запричитал он, мечась из угла в угол, — Я думал, ты хотела меня одурачить.
Моя проклятая гордость! Я думал, другой мужчина дал тебе то, чего не мог дать я.
Джорджи стояла посреди комнаты и молча смотрела на него. Ей всегда казалось, что если она увидит его в таком состоянии, то почувствует себя отомщенной, но вид его страданий и раскаяния не принес ей удовлетворения.
Внезапно Анголос остановился.
— Я извинюсь перед твоим другом.
Больше всего на свете Джорджи хотелось сейчас броситься ему на шею, но он казался ей таким далеким, что она поборола в себе это желание.
— Спасибо, — только и сказала она.
Анголос виновато взглянул на нее.
— Ты не должна благодарить. Из-за меня тебе пришлось целых три года одной воспитывать ребенка.
— Для меня это не было обузой. И я была не одна, рядом всегда были мои родные и друзья.
— Я все исправлю. Даже если на это уйдет вся моя жизнь, я все исправлю, — повторял он.
— Думаешь, я хочу, чтобы наше примирение стало наказанием? — неожиданно спросила Джорджи, опустив голову.
Анголос не ответил.
— Каким ты хочешь видеть наш брак? – спросил он.
— Таким, о каком я всегда мечтала: союзом двух сердец. Любящих сердец.
Анголос в изумлении смотрел на Джорджи.
— И ты до сих пор хочешь этого?
— А что изменилось?
Анголос был уверен, что изменилось все.
Он отказался от женщины, которую любил, потому что был ослеплен ревностью.
— Надеюсь, ты простишь меня за все, что я сделал.
— Я уже простила...
— Это невозможно.
Джорджи вздохнула.
— Ты когда-нибудь перестанешь говорить мне, что я должна чувствовать? Почему ты относишься к нашему примирению так же, как мои родные? Я знаю, что ты несчастлив, но ведь сейчас важно совсем не это.
— А разве нет?
— Мы решили снова жить вместе из-за Никки.
Анголос, который до сих пор ходил по комнате, вдруг остановился.
— Мы вернулись друг к другу только поэтому?
— Очевидно, так, — пробормотала Джорджи тихо,
Внезапно Анголос уселся в кресло.
