Поспорить с судьбой

Усевшись рядом с супругой он пояснил: — я дал им небольшое задание. А безопасное возвращение домой обеспечат другие люди.

Пригнувшись совсем близко к девушке, Маркус шепнул в самое ушко:

— Я хотел сказать тебе важные слова. Если ты готова меня услышать.

По телу Кейры прошла дрожь, щёки моментально окрасились в румянец.

— Здесь? Сейчас? — удивлённо шепнула девушка, не поворачивая к супругу головы.

— Всегда можно найти время, чтобы сказать единственно верные слова, — улыбнулся маг.

— Прости меня, — склонившись к смущённой красавице совсем уж близко, он нежно провел по скуле губами, едва касаясь, словно изучая. Затем немного отстранился и уже подушечкой пальца очертил шею и плечо девушки. Она сидела ровно, застыв, не решаясь сделать или сказать хоть что-то. — Прости за безразличие. — нежный невесомый поцелуй в висок. — Прости за резкость. — губы снова касаются скул, плавно продвигаясь к тонкой шее. — Прости за разочарование, что принёс тебе.

— Прошу, перестань, мы же в карете, — из последних сил шепчет девушка, отстраняясь от мага и проклиная себя за это.

— Я всего лишь прошу у тебя прощения, — говорит он, не делая попыток вернуться к прежнему занятию, вызывая в ней вздох разочарования. — Ты вольна отказать мне и тогда я стану просить горячее. Неустанно. Изо дня в день.

Маркус улыбался в сумраке кареты, он наслаждался этой игрой, наслаждался реакцией супруги на его прикосновения, открывал её для себя с совершенно новой стороны.

До самого дома маг так больше и не прикоснулся к девушке, хотя видел — она жаждала новых поцелуев. Маркус рассказывал о планах на будущее, предлагая им уехать на время в имение, расположенное к северу от столицы. Если бы Кейре там понравилось, они остались бы там насовсем… Всё будет зависеть только от её мнения, говорил он.

Кейра восторженно слушала мужа и не могла, не хотела больше думать о плохом: он так радужно описывал их дальнейшую жизнь, что сомнения и страхи ушли, не оставив и следа. Они непременно будут счастливы!

Покинув карету, Маркус приобнял супругу и ввел ее в Олдстоун.

Несмотря на поздний час, Дината не спала, она встречала сына с супругой в холле.

На лице женщины застыла тревога.