Поспорить с судьбой

В конце-концов он ушёл со словами:

— Решайтесь. Это единственный выход. Причем неплохой.

Матушка, проводив друга, еще некоторое время стояла у дверей, глядя ему в след невидящим взором, размышляя о чём-то своём.

Кейра не лезла с расспросами, она терпеливо ждала, пока состоится тяжёлый разговор. Девушка понимала: господин Шайтис нашёл какой-то выход именно для неё, но, судя по реакции матери, это не должно было ей понравиться.

— Присядь, милая, — Регида взяла дочь за руки и заглянула в зелёные полные грусти глаза.

Когда-то они сияли от счастья, а теперь… — Нам подсказали, что нужно делать. Пожалуйста, выслушай меня и хорошо обдумай всё, что я скажу. Решение будет за тобой, в любом случае.

Кейра чуть плотнее сжала губы и кивнула, приготовившись слушать.

— Так вот. Есть один старый закон, из которого следует, что любого осужденного на казнь можно спасти, если найдётся тот, кто отважиться вступить с ним в брак.

Регида замолчала, вглядываясь в лицо дочери, ожидая её реакции.

— Да, но причем здесь я?

— Ты должна выйти замуж, родная.

Тогда позор будет смыт. Но ни один мужчина в здравом уме не решится на тебе жениться после всей этой шумихи.

Снова тишина. Две женщины сидят рядом с камином. По их лицам скользит тень от зажжённого огня, в глазах обеих грусть. Наконец, Кейра решилась разрушить тягостное молчание:

— То есть ни один мужчина не женится на мне добровольно, но, если я соглашусь спасти его от смерти… — Кейра судорожно сглотнула, в этот момент окончательно осознав, какую подлость устроила ей Судьба.

Исполнив желание, наказала позором и несмываемым пятном на репутации.

— Выбор очевиден. И он будет в твою пользу, родная. Выберем какого-то доходягу, ты выйдешь за него замуж. Овдовеешь…

— Понимаешь, большинство приговорённых не доживают даже до эшафота. Их пытают, издеваются, морят голодом… Мы просто дадим какому-то бедолаге отсрочку.

Так нужно. Потом ты снова станешь полноправной, Кейра. Пожалуйста…

В глазах матери девушки застыла мольба.

— Матушка, я согласна, — выдохнула Кейра.

Она прекрасно поняла: или приговоренный, или несмываемое пятно бесчестия. Люди злы, а уж собранные в толпу —

и вовсе не способны на милосердие.

— Значит, завтра отправляемся на площадь. Там ты сможешь выбрать себе…

кхм… — мать на миг закашлялась. У нее и язык-то не поворачивался назвать висельника супругом.

— Хорошо, — кивнула Кейра, не дожидаясь пояснений, и ушла к себе. Сегодня ее не привлекал любимый роман. Более того, он вызывал чувство отторжения.