Посредники

Она стиснула зубы и сделала несколько шагов в сторону, не глядя на женщину в черном плаще, — не хотелось слишком приближаться к ней.

— Где Никс? — произнесла Ундина, и ее вопрос прозвучал вызывающе властно.

Она чувствовала, как оскаливаются зубы, как напрягается кожа на шее.

Мотылек наклонил голову и робко улыбнулся, потом было шагнул к ней, но приостановился, словно знал, что она не позволит ему подойти. Веко его правого глаза подрагивало. И Ундина изумилась, как это она раньше не понимала — да он же боится! Он постоянно испытывает страх и от этого засовывает руки в карманы, выгибает запястья наружу, словно мальчишка.

Она заметила, что он часто дышит, что колени под узкими черными джинсами напряжены. Но при этом он улыбался — широко, ослепительно, очаровательно, играя соблазнительной ямочкой на подбородке. Его улыбка излучала доброту и симпатию и, что хуже всего, понимание. Это привело Ундину в ярость.

— Послушай, Ундина. — Мотылек мягко кивнул. — Мы не причиним тебе вреда.

— Где Никс? — повторила она, и теперь в ее голосе зазвенело отчаяние.

Она напряглась, пытаясь говорить тверже, но ничего не вышло. — Послушайте, просто скажите мне. Пожалуйста. Я просто хочу вернуться домой.

До сих пор ей не приходило в голову, что здесь она подвергается реальной опасности. Случившееся со светловолосым парнем приводило ее в негодование, но воспринималось как несчастный случай, какой-то сбой в ходе ритуала. Несмотря на свои дикие взгляды, эта властная женщина не казалась опасной. И Мотылек, этот нагловатый нарцисс, не выглядел человеком, способным применить настоящее насилие.

Но теперь сердце вдруг забилось в страхе, ладони вспотели. Ундина чувствовала себя маленькой и беззащитной: она была одна среди незнакомых людей, которым нет до нее никакого дела.

— Я хочу домой. — Ее голос взвился. — Сейчас же!

Мотылек покачал головой и потянулся к ней, но она отшатнулась, и он отступил.

— Послушай, Ундина. — Он взглянул на женщину, будто спрашивал, все ли делает правильно. — Я не знаю, где сейчас Никс.

Я знаю, все это…

Он умолк, не договорив.

Она перевела дух и уже собралась повернуты я и идти в лес искать Никса, когда почувствовала, как чья-то рука легла ей на плечо. Не Мотылька — она была легче, чем у Мотылька, лете любой руки, которая когда-либо касалась Ундины.

— Никс сейчас ведет пришедшую с Тимом Бликером зверушку в ее человеческое обиталище, — раздался голос женщины — спокойный, хриплый, металлический, будто ее глотка была отлита из стали.