Посредники

И совершенно очевидно, что это было как-то связано с Бликом. До сих пор резатель держался в стороне; Мотылек жил в страхе перед собственной смертью, но знал, что Блик боится того же самого. Любая их встреча была опасна для обоих. Теперь Блик получил преимущество, почувствовав поблизости живого индуктора. Иначе Вив не объявилась бы на собрании, рискуя собственной жизнью. Мотылек клял себя за то, что оказался не готов к появлению Блика на «Кольце огня». А тот еще и зверушку с собой приволок! Этот подлый резатель всегда был таким.

Секунду в трубке стояла тишина.

— Ты подонок, — наконец нарушил молчание хриплый голос Никса.

Злоба, звучавшая в этих словах, изумила Мотылька. Неужели он настолько взбешен?

— Успокойся, Никс. У нас впереди долгий путь, и я предлагаю тебе свыкнуться с мыслью, что нам придется действовать вместе.

Примерно это сказал когда-то Мотыльку его собственный проводник, хоть и не так бестолково. У них с Бликом был один и тот же проводник, и он обоих подставил, хотя скорее по невниманию, чем сознательно.

Вив тогда отметила особо, что им не повезло — их проводник больше интересовался тем, чтобы использовать новоприобретенные знания ради «практики». Мотылек содрогнулся, вспомнив слово, которое так смаковал его старший наставник, описывая свои человеческие потребности… Подготовка к исходу испуганных и очень одиноких, если не считать собраний раз в несколько месяцев, подменышей его занимала гораздо меньше. Блик видел преимущества такого положения вещей, Мотылек же только сейчас их обнаруживал. В результате поведение их проводника привело к потенциально опасным последствиям. Мотыльку достаточно было взглянуть в зеркало, чтобы убедиться в этом.

Он будет другим: менее эгоистичным, более сострадательным, станет уделять обучению подменышей гораздо больше внимания. И тем не менее, пытаясь хоть что-то объяснить Никсу или Ундине, Мотылек чувствовал себя словно сопляк шестиклассник, пробующий свою первую сигарету. Лучше не думать, как будет выглядеть его встреча с Морганой!

— Где ты? — спросил он.

 — Что с Ундиной?

— Ундина не желает со мной говорить. Это ты виноват.

В голосе юноши что-то изменилось: Никс всегда был дерзок, но этот новый тон звучал скорее мрачно.

— Конечно. Что случилось?

— Ты должен знать. Обязан. Ведь это ты наш проводник.

Мотылек вздохнул. Вызов в голосе Никса выводил его из себя. Как у него только наглости хватает?

— Спокойнее, новобранец. Я ничего не знаю. Я ваш проводник, но я не умею читать мысли.