Посредники

Выхватив из кармана куртки нож, он приставил его к горлу Морганы, возле воротника парки.

Никс увидел, как кончик лезвия воткнулся в ее бледную кожу и из ранки полилась темная кровь. В тот же самый миг Моргана начала светиться — ее охватило желтое сияние, настолько мощное, какого он еще не видел. Она панически бросала взгляды но сторонам, взглянула на Никса — в ее глазах бился животный страх, словно у зверя, который знает, что пришла его погибель.

— Ты больной, — прошептал Никс.

Мотылек молча смотрел на него.

— А это не сойдет за доказательство? Секунду назад Моргана не собиралась умирать. Но теперь она умрет, даже если этим я приговорю нас обоих. И ты это знаешь, ты видишь ореол. Клянусь, я это сделаю. Ты нам нужен, Никс. Ты — индуктор, гарантия того, что у нас все получится, иначе мы застрянем здесь и навсегда останемся лишь личинками с мозгами, приговоренными к могиле.

В глазах Морганы стояли слезы, но огонь вокруг нее постепенно ослабевал. Никс больше не мог спорить.

— Эльфы способны влиять на божественную природу, и каждый из нас знает это.

Моргана знала с самого детства, и ты знаешь, Никс. Твое тело было обитаемо, наделено даром. Это твоя ноша и твоя ответственность. Этот мир еще не все…

— Нет! — выкрикнул Никс. — Я не могу…

Он развернулся на каблуках, чтобы броситься бежать, и в этот миг луч света ударил ему в лицо, на мгновение ослепив. Он вскинул руку, чтобы прикрыть глаза, и услышал знакомый хрипловатый голос, который доносился до него сквозь поднимающийся ветер и дождь.

Никс опустил руку. За спиной раздался крик Морганы, который внезапно умолк.

Кто-то приближался к нему — это оказался Джейкоб Клоуз, одетый в пелерину-дождевик. В руке он держал фонарик, луч метался вокруг, выхватывая из темноты лица.

— Ты говорила со своим братом? Он вернулся из лагеря?

На мгновение Никс смутился. Почему Джейкоб оказался в парке? Почему взял с собой фонарик?

— Да, мистер Клоуз… — ответила Моргана, пока он не успел сообразить, что вообще происходит.

Она говорила спокойно и вежливо, словно встреча в парке на закате под дождем была самым обычным делом, словно Мотылек только что не держал нож у ее горла, и выдавала ее только легкая дрожь в голосе. — Он дома. Он сейчас там. Я просто… мы просто встретились тут… мы собирались… в кино. Мы все идем в кино.

Джейкобу, похоже, до их планов не было ни малейшего дела.

— Ты не знаешь, он виделся с Нив? — рявкнул он.

— Кажется, нет.