Посредники

И именно Блик — бедный, сбившийся с пути Блик, умница Блик, — как и положено блудному сыну, был любимцем отца.

— Я знаю, мне нельзя здесь находиться, — заявил Мотылек перед дверью. — Но это важно. У меня есть к вам вопрос.

— Можешь войти. — Рафаэль кивнул. — Здесь никого нет.

Мотыльку хотелось прикоснуться к человеку, стоявшему перед ним, но чувственность здесь была ни при чем — он просто хотел позаимствовать немного его спокойствия.

— Мне нужно знать, где сейчас Блик. Понимаю, что вы теперь не в теме и что вам нельзя даже говорить со мной.

Но мне известно, что вы знаете его — или раньше знали. Я теперь проводник, а он угрожает моему кольцу. Я хочу пройти исход. Вы знаете, есть только один способ.

Рафаэль мерил взглядом молодого человека, с лица которого сошло выражение мягкости, уступив место печали. Он вытащил руку из кармана и почесал заросшую щетиной щеку.

— Ты готовишься уничтожить его?

— Да. Это должно случиться сейчас. Блик вышел на охоту. Мое кольцо… В Портленде появился индуктор, и он знаком с этой девушкой.

Он предвидит ее смерть и намеревается спасти ее. Я знаю, Блик использует ее как средство, чтобы заманить его в запределье. Он собирается как-то использовать его. Другого объяснения нет. Я должен его остановить. Иначе я не смогу…

Мотылек посмотрел на свои черные ботинки и внезапно подумал о том, каким маленьким, глупым и фальшивым выглядит он весь по сравнению с мужественной естественностью человека, стоявшего перед ним.

— Вы знаете, чего я не могу сделать. Рафаэль, я не хочу оставаться.

Я не резатель. Я хочу уйти в Новалу. Я хочу пройти через исход.

Рафаэль покачал головой, его лицо еще сильнее омрачилось.

— Ты ничего не знаешь, Мотылек, — ответил он, глядя в окно на лестничной площадке. — Ты не знал, на что решиться, пока не пришел сюда, чтобы принять решение. Не перешагивай через себя. — Он снова посмотрел на юношу. — Это твоя вечная проблема.

— Я знаю, раньше я не слушал вас, но теперь я изменился. Я…

— Мне не нужны объяснения, — вздохнул Рафаэль. — Я больше не участвую в этом.

— Но… — Мотылек почувствовал, как ноги слабеют от наползающего страха. Его трясло. — Пожалуйста. Это мой единственный шанс. Вы несли ответственность за меня.

Он с мольбой смотрел на старого проводника. У того был отсутствующий вид, а потом он закрыл лицо ладонями и какое-то время стоял так.

— Рафаэль, я знаю, вы всегда оберегали Блика, но теперь он стал резателем, — напомнил Мотылек, не зная, что ему делать. — Он — зло. Он хочет причинить нам вред.