Посредники

Триш Мейсон сидела на краю незнакомой Ундине постели, одетая в темно-серый шелковый свитер. Ундина почувствовала прилив нежности и села, чтобы обнять мать. За ее спиной яркое солнце проникало через окно с белыми занавесками, а в вазе на прикроватном столике стояла розовая роза.

«Завтра утром. Розовый сад. Грант-парк».

Триш, должно быть, почувствовала, как заметался взгляд дочери, потому как дотронулась до ее лба — сначала ладонью, потом тыльной стороной кисти.

— Точно не знаю. Примерно половина десятого. Ты в порядке, дорогая? У тебя температура?

Ундина покачала головой.

— Я в порядке… мне намного лучше… Я… просто должна знать, который час. Обещала позвонить кое-кому в… в десять. Уже есть десять?

— Сиди тут. Я посмотрю на будильник в спальне. — У двери она обернулась. — Уверена, что с тобой все нормально?

— Мама, я просто хочу знать, сколько сейчас времени.

Мама вышла за дверь и двинулась по коридору. Ундина услышала, как Макс взбирается по ступенькам, зовет отца, который, должно быть, готовит на кухне завтрак.

— Девять двадцать три, — крикнула из соседней комнаты Триш и направилась снова к Ундине — чтобы сесть на край ее постели, как она обычно делала, и поговорить, спросить, как прошел полет, просто побыть вместе.

Только вот Ундина уже соскочила с кровати и принялась натягивать одежду, ту же самую, в которой приехала прошлой ночью. Трусики, бюстгальтер, джинсы, тунику с капюшоном, куртку. Когда мама вернулась, Ундина засовывала ногу в теннисную туфлю.

— Что происходит? Ты зачем обуваешься?

Что, черт возьми, ей было нужно? Взгляд Ундины заметался по маленькой комнате в поисках второго носка, который, как оказалось, спрятался под кроватью.

— Мне нужно встретиться со школьной подругой, она приехала сюда на каникулы… в Эванстон.

Она мучительно подыскивала имя и в конце концов выбрала девочку, которую смутно помнила по занятиям гимнастикой в восьмом классе. Она еще здорово играла в кикбол.

— Это Лисса. Лисса Гриффитс. Я обещала ей встретиться, а она может увидеться со мной только этим утром.

— Что? — Стоявшая в дверях Триш растерянно опустила руки. — Зачем ты сейчас убегаешь? Что за Лисса Гриффитс? Ты никогда о ней не говорила. Что происходит, Ундина? Ты же только что приехала. — Триш шагнула к дочери, в нарастающем волнении всплеснула руками. — Нам нужно поговорить.

Ундина кивнула, избегая маминого взгляда и торопливо запихивая вторую ногу в туфлю.

— Я знаю. Я тоже хочу. Хочу поговорить с тобой.