Посредники

Потом, говорил ее бывший супруг, все изменится. Так оно и вышло — все решительно переменилось. Он обзавелся новой подружкой, стал прикрывать преждевременно возникшие залысины специальными накладками и купил красный «БМВ»-кабриолет, на котором и катался со своей пассией, наслаждаясь жизнью. К тому времени как д'Амичи-старший заработал свой первый инфаркт, паршивец сынок из семьи уже отчалил. А бракоразводный процесс был окончен за две недели до смерти старика, вследствие чего ни Ивонн, ни детям в наследство не досталось ни пенни.

Большинство домов в округе были на колесах, но Ивонн исправно вносила арендную плату и еще копила деньги, чтобы отправить К. А. в тренировочный лагерь для футболистов. А Моргана, что бы она ни говорила, все-таки съездила на лето во Францию после второго года обучения. Это было нелегко устроить — Фил-младший связался с девушкой из группы поддержки «Портленд Блейзере», лишь несколькими годами старше его дочери, и ясно дал понять, что на детей будет давать самый минимум. Он заявил, что его дети, как и он в свое время, должны самостоятельно зарабатывать на жизнь.

Ивонн не стала спорить, но сама думала и поступала иначе. Она любила своих детей и гордилась ими. Стремление Морганы к совершенству сделало ее круглой отличницей и кандидатом в президенты класса, а талант К. А. доставил ему место в футбольной команде школы Мак-Кинли, ставшей чемпионом штата.

И тем не менее сильная воля Морганы ее пугала, так же как и стремление дочери быть идеальной.

— Моргана, дорогая. Ты же знаешь, я считаю тебя очень красивой.

Пройдя к туалетному столику, за которым, выпрямив спину, сидела дочь, Ивонн положила руки ей на плечи. Та напряглась, но рук не сбросила.

— Ты всегда любила смотреться в зеркало.

Моргана улыбнулась и дотронулась до руки матери.

— А я думаю, что ты — просто чудо, мамочка. Особенно после того, что сделал отец…

Ивонн опустила усталые голубые глаза.

— Она же практически моя ровесница! — Моргана вздохнула и покачала головой, стараясь, чтобы мать непременно заметила, как красиво колыхнулась при этом блестящая масса ее волос.

 — Как бы то ни было, ты же знаешь, мы с К. А. очень ценим, как много ты работаешь ради нас.

Ивонн вздрогнула, скрестила руки на груди.

— Ты не мерзнешь? Кажется, здесь несколько холодновато. — Моргана улыбнулась, не понять, искренне или фальшиво. — Это, наверное, климакс.

— Моргана, я тебя умоляю! Ты можешь хотя бы раз в жизни вести себя прилично? Я не настолько стара, чтобы у меня начался климакс.