Посредники

— Мотылек, тебе что, мало пятнадцатилетних?

Он рассмеялся и вскинул брови.

— Я мужжжжжаю, Ундина. Всем когда-нибудь приходится взрослеть.

Он немного отступил и поправил черный ремешок на запястье, под которым Ундина мельком заметила часть голубой татуировки. Интересно, что там могло быть — что-нибудь сакральное вроде знака «Ом»?

Одевался Мотылек просто: в черные джинсы и футболку с длинным рукавом и узкой горловиной, которая подчеркивала его тонкое лицо с высокими скулами, зато на среднем пальце правой руки носил массивное, украшенное вязью серебряное кольцо, и даже Ундина не могла не признать, что в этом парне было что-то жутко сексуальное.

«Фу! О чем ты только думаешь?» — мысленно попрекнула она себя и снова повернулась к полкам.

— Так в котором часу начинается вечеринка? — невозмутимо продолжил Мотылек.

— Что? — Ундина резко обернулась. Мотылек присел и принялся завязывать шнурок, не сводя с нее глаз.

— Я спросил, в котором часу начнется вечеринка? Не хочу опаздывать.

Девушка прищурилась и шагнула ближе.

— Нет никакой вечеринки.

— Ну конечно есть, красавица. — Он выпрямился и улыбнулся. — У тебя дома. Твои родители сегодня уехали, и ты…

Прежде чем Ундина успела спросить парня, как, черт подери, он узнал об отъезде ее родителей, из-за угла вырулила Моргана и направилась к ним. Заметив новое лицо, она сбавила шаг, по-кошачьи скользнула к Ундине, но глядела при этом на Мотылька.

— Видение номер два? Ну разве это не мой звездный вечер?

— Лети отсюда, Мотылек, — прошептала Ундина.

— Меня зовут Моргана, — пропела темноволосая девушка, наклоняя голову. — А тебя?

— О, поклонница изящных искусств! Замечательно. Можешь звать меня Мотылек.

Он протянул кончики пальцев; Моргана едва коснулась их, бросив ему загадочную улыбку.

— Я только что спрашивал нашу общую подругу Ундину, во сколько сегодня начинается ваша вечеринка.

— Вечеринка начнется в десять, — ответила Моргана, не обращая внимания на отрицательно качающую головой Ундину.

Она показала ему четыре бутылки вина, которые держала в руках, прижав к груди.

— Что за прелестные сосуды.

Моргана откинула голову и рассмеялась.

— Да что ты, спасибо.

Тут заговорила Ундина.

— О боже мой! Ну ты и придурок, — выразительно отчеканила она, повернувшись к молодому человеку. — Тебя не приглашают, Мотылек.