Посредники

— Ну, не хочешь, как хочешь, чувак. — Леон выпустил струйку дыма через сухие губы. — Но это лучше, чем та дрянь, которой закидываешься ты.

Позднее в тот же день Нив тайком позвонила Ундине. Та едва не пропустила звонок, потому что не узнала определившегося номера.

— Я звоню с гребаного платного телефона, — заявила Нив, радостная и взбешенная одновременно. — Мы на автозаправке, на полпути между каким-то глухим городишкой и чертовой гостиницей. Я ненавижу мелкие гостиницы. Все эти кружавчики! А мой папаша-неудачник конфисковал у меня сотовый.

Говорит, нам нужно время для «укрепления семейных отношений», но я знаю: он не хочет, чтобы я звонила Блику.

— Никс сказал, что копы уже сели Блику на хвост.

— Да, — проворковала Нив едва ли не мечтательным тоном, и это очень не понравилось Ундине.

— Нив, — самым своим строгим голосом заговорила она. — Тим Бликер — ничтожество. Его надо избегать, дорогая моя. Надо из-бе-гать.

Нив рассмеялась, легко и звонко.

— Ой, он словно заблудившийся щенок, слоняется вокруг «Крака» и ко всем пристает с вопросами, где будет проходить «Кольцо огня».

Ему просто нужен кто-нибудь, чтобы вывести его порезвиться.

— Все, что он хочет, — это толкнуть «пыльцу» тысячам экзальтированных фанатов «Флейма».

Теперь на линии воцарилась тишина, а потом Нив что-то прошептала.

— И меня, — повторила тихо Нив. — Еще он хочет меня. — И затем раздраженно, громко: — Господи, папа, отойди! Это просто Ундина. Пора бежать, солнце, — сказала она в трубку. — Люблю тебя.

Теперь, когда Нив и К.

А. уехали, а Моргана уклонялась от общения, Никс и Ундина оказались целиком предоставлены сами себе. Фил д'Амичи взял Никса в свой магазин на Бернсайд-стрит складским работником, так что в ожидании праздника солнцестояния Никс проводил там целые дни и возвращался домой поздно, когда Ундина уже находилась в постели. Никс, конечно, всегда был одиночкой, но Ундину поражало то, как изменилась она сама. Она всегда была популярна: входя в комнату, полную незнакомцев, она выходила, обзаведясь новой кучей приятелей. Всего несколько недель назад ей приходилось отключать телефон, чтобы звонил не так часто. Теперь, когда телефон звонил — что случалось гораздо реже, — она отвечала, только если это были Ральф или Триш, а мысль пригласить кого-нибудь испить чашечку кофейку, или побродить по магазинам, или посмотреть кино даже не приходила ей в голову. Всем этим занималась раньше какая-то другая девушка, которую тоже звали Ундина, но это была не она.