Ему выстрелили в лицо и грудь.
Бриджит подошла ближе и остановилась на расстоянии вытянутой руки.
– Том, она застрелила его. Она убила человека!
– Неправда, – ответил Том.
– Том, я понимаю, тебе тяжело это слышать, но я была там.
Том в отчаянии произнес:
– Ты не видела, как она его застрелила. Ты только слышала выстрелы. И видела, как Карен убежала. Может быть, в ресторане был кто-то еще. Может быть, она просто оказалась не в том месте не в то время, – он знал, как глупо, как притянуто это звучит.
– Том, я не видела, чтобы кто-нибудь еще оттуда выходил.
И когда она вошла туда, у нее с собой был пистолет. Я видела!
– Ты не сказала, что видела, что у нее с собой был пистолет, когда она вошла в ресторан.
– Да, но он был.
– Он был при ней, когда она вышла?
– Нет.
– Ты видела его внутри?
– Кажется, нет.
– Что значит «кажется»?
– Не знаю, Том! Я не обратила внимания на пистолет. Было темно. Наверное, она его где-то оставила. Я слишком испугалась трупа и того, что она сделала, чтобы искать пистолет.
Боже. Том лихорадочно размышляет. Это скверно. Это очень, очень скверно. Он должен знать, что собирается делать Бриджит. От страха и алкоголя у него закружилась голова. Он медленно произнес:
– Бриджит, что ты собираешься делать?
– Что ты имеешь в виду?
– Ты собираешься рассказать о том, что видела, полиции?
Она посмотрела на него и шагнула ближе. Ее взгляд смягчился. Она прикусила нижнюю губу. Подняла руку и нежно коснулась его лица. Он растерянно застыл, дожидаясь ответа.
Она сказала:
– Конечно нет.
Карен же моя подруга, – и поцеловала его глубоким поцелуем.
Он беспомощно обнял ее и принял утешение, которое она предложила.
Карен совсем не спала этой ночью. Утром должны предъявить обвинение, и прямо сейчас ее адвокат сидит напротив нее в маленькой комнате для допросов и заставляет выпить кофе. Но кофе кажется горьким и кислым, Карен отодвигает стакан. Она сомневается, что ее желудок в состоянии что-либо удержать. Она чувствует себя грязной, немытой. У нее болит голова и режет глаза.
Неужели она будет чувствовать себя так всю оставшуюся жизнь? Неужели остаток жизни она проведет в тюрьме?
– Карен, вам нужно сосредоточиться, – говорит Кельвин настойчиво.
– Где Том? – повторяет она.
Уже девять. Скоро ей предъявят обвинение. Почему он не пришел? Она чувствует себя брошенной. Сомневается, что выдержит, если его не будет рядом.
– Уверен, он скоро придет, – говорит Кельвин. – Может быть, застрял в пробке.
Она послушно берет стаканчик с кофе.
