Постучи в мою дверь

Влаги было так много, что их кожа скользила друг о дружку. Мышцы начали сокращаться, обхватывая горячий твердый член, безжалостно таранящий ее тело.

Олеся вгрызлась зубами в покрывало. Габор не знал пощады. Он как совершенный безжалостный механизм терзал ее тело, а Олеся лишь громко распутно стонала под ним, приподнимая бедра еще выше. Вкус пыли во рту, покрывало намокло от слюны, на спину капали капельки пота с тела Габора.

Ладонь Габора скользнула под живот, накрыла промежность. Палец нашел клитор и погладил.

Олеся зарычала. Дернула головой и застонала от боли. Габор по-прежнему держал ее волосы в кулаке, прижимая к кровати. Он продолжал дико таранить ее тело, едва ли не разрывая на части. Палец вычерчивал круг на набухшем клиторе. В какой-то момент он ворвался слишком глубоко, поднимая ее над горой из подушек. Олеся закричала. Внутри что-то оборвалось. Мышцы сжались вокруг его члена. Все тело задрожало, бешено сотрясаясь.

Габор сделал еще три рывка и замер. Упал на нее, вытащив из-под живота ворох покрывал и подушку.

Прижал к кровати. Олеся чувствовала, как он дрожит, и от этой дрожи трется о ее тело. Его горячее дыхание накрыло шею. Никогда раньше не было так хорошо. Незнакомое раньше наслаждение мягкими волнами омывало тело. Дыхание медленно, с трудом, выбиралось из тела. Нежная истома опутала своими сетями.

Олеся с трудом разжала пальцы, выпуская из хватки ткань покрывала. Почувствовала, как Габор отпустил ее волосы и чуть сдвинулся, позволяя дышать. Их ноги переплелись.

Совершенно неожиданно он обнял ее, заключив в крепкое кольцо объятий. Чуточку шершавые влажные губы коснулись основания шеи, оставили немного колючий поцелуй.

— Теперь ты только моя… — Еще один поцелуй, чуть ниже, по выступающему бугорку позвонка. — Ему я тебя не верну… Останешься со мной…

Олеся повернулась лицом к Габору. От его слов захотелось плакать. Она сползла вниз, уткнулась лицом в его покрытую волосками грудь и крепко обняла. Ей просто нужно еще немножко так полежать.

Надышаться опьяняющим моментом счастья. Потому что очень скоро все закончится. Он ведь даже не знает, кто она. Как ее звать. Настоящее имя. И вряд ли защитит от сумасшедшего брата. Олеся гладила ладонью влажную кожу спины. Он был весь покрыт шрамами. Узкими и широкими, длинными и короткими. Габор был истинным воином… Но вряд ли ему будет дело до нее… настоящей. А если и будет, то он в очередной раз назовет ее предательницей, заключившей сделку с демоном.