Постучи в мою дверь

Приключениями, событиями, высоким замком, страстью, самым потрясающим мужчиной, какого только встречала… Даже чертовыми демонами!

Олеся отошла от двери и вернулась к камину. Там уже все давно стихло. Интересно, как Габор? Поймал демона? Или это оказалось животное? Олеся опустилась на колени и снова взглянула на странный рисунок, покрывающий плиты. Что-то в нем не давало покоя.

Счистив ладонями остатки золы, Олеся уставилась на плиты. Это ведь должно что-то значит. Ну кто станет вырезать на камне какие-то символы? Да и зачем? Геометрические фигуры из неизвестных науке букв? Не то чтобы Олеся была полиглотом, но таких знаков она точно никогда не видела.

Она рассматривала жуткую драконью морду, крылья, украшающие камин, но ничего подобного не находила. Может, спросить у Габора? Хотя вряд ли он ответит честно. Этот хитрый господарь слишком многое скрывал от нее.

По стеклам забарабанил дождь. Олеся подошла к окну, скрытому пыльными портьерами. Странная здесь погода. Все покрыто снегом, и вдруг дождь. Отсюда была видна скала, врезающаяся в море.

Может дело в сиянии снега или во все усиливающемся дожде, но ее очертания напоминали… Олеся склонила голову на бок. Было похоже на силуэт дракона, такого, как изображают в книгах ее мира. Точно! Казалось, будто дракон пьет воду прямо из моря. Вон морда, вон шея, а вон и крылья, покрытые острыми наростами — елями и соснами.

Если… если она сможет разобраться с Миклошем, то обязательно попросит Габора отвести ее туда. Думать о том, что к тому моменту успеет наскучить господарю, не хотелось.

Мужчины во всех мирах одинаковы… Но слишком больно было осознавать, что тот, кто так легко проник в ее сердце, мог оказаться таким же.

Олеся прижала ладони к широкому подоконнику. Ее начала ломать странная боль. Чувства, которые она испытывала к Габору, оказались гораздо сильнее минутного желания. Она не просто хотела его. Она хотела, чтобы он принадлежал ей. Чтобы был ЕЕ мужчиной, и чтобы ощущал себя таковым. Чтобы знал, что она единственная женщина, которая имеет на него право.

И если он хотя бы взглянет в сторону настырной служанки или любительницы медовухи, то останется без глаз.

Олеся не знала, откуда в ней все это. Даже к бывшему мужу она не испытывала таких собственнических инстинктов, как к Габору. Все, что было с Андреем теперь выглядело бледным и наивным. Глупым. Она была убита его изменой. Раздавлена. И вместе с тем, проплакав сутки, собралась и пошла по жизни дальше, почти без мучений выбросив его из головы.