Постучи в мою дверь

Окровавленное тело Фиданки все так же лежало на полу, пугая своим видом.

Генриетта закричала, и Олеся поспешила вывести ее отсюда. Но уже у самой двери она заметила книжку, одиноко лежащую в кресле… Сказки. Сказки, которые они читали с Габором. На глаза снова навернулись слезы.

Захотелось разрыдаться.

Она вытолкнула принцессу из зала и приказала:

— Подожди меня здесь.

Та намертво вцепилась в ее руку, не желая отпускать:

— Ты не оставишь меня? Не бросишь?

— Я только заберу кое-что.

Она вырвалась из хватки принцессы и бросилась к креслу.

Схватила потрепанную книжку и прижала к груди, как самое величайшее сокровище.

Стоило вернуться к Генриетте, как та тотчас повисла у нее на шее.

— Я думала, ты оставишь меня здесь.

Олеся погадила дрожащую девушку по голове:

— Не бойся. Все хорошо. Теперь уже нечего бояться. Габор… Наш господарь позаботился, чтобы теперь мы все были в безопасности.

Вот так вдвоем они двинулись вперед, находя в замке окровавленные тела то рыцарей и стражников, то бездыханных, но все равно пугающих демонов.

— Госпожа Маргит! — Олеся вздрогнула, совсем отвыкнув от этого имени.

К ней спешил высокий воин, которого она пару раз замечала возле Габора.

— Слава Небесам, с вами все хорошо. Вы не пострадали?

Оказывается, жизнь не закончилась. Огромная крепость пыталась стряхнуть с себя покрывало смерти и восстать, чтобы жить заново.

И теперь она — часть всего этого. Госпожа Маргит.

— Нет. Со мной и Ее Высочеством все хорошо. Господарь Габор успел вовремя.

Стражник с облегчением выдохнул:

— Мы отведем вас к остальным, пока будем проверять крепость.

Но… кажется все демоны… Не знаю, как это объяснить, но они сорвались и куда-то побежали… — Он вдруг запнулся. — А где господарь? Он… жив?

Наверное, когда-то ей пришлось бы ответить на этот вопрос. Но не сейчас. Она просто не знала, что сказать. И не потому что не успела придумать, или ее слова могли как-то повредить Габору. Нет. Она… боялась, что он не вернется. Все произошедшее в башне казалось дурным сном. Слишком ярким фильмом, который невозможно вот так просто выбросить из головы.

Жизнь идет дальше. Вокруг что-то происходит. И, кажется, из-за поворота вот-вот должен выступить Габор. Подойти к ней своей стремительной походкой. Отрывисто отдать приказ. Выслушать всех, нахмурив брови и сжав губы так, что вокруг рта появится жесткая складка.

Но ничего это не происходит, и снова хочется плакать. Все от нее чего-то ждут, и, наверное, пора становиться госпожой.

Габор сказал, что вернется.