Посылка для генерала

Кроме выброски контейнеров, почти одновременно была выброшена и группа диверсантов. Ее никто не заметил. Возможно, ее высадка прикрывалась выбросом контейнеров или это были две фазы одной операции.

– Есть мнение по составу и подготовке вражеской группы?

– Есть. Это очень подготовленные диверсанты, в основном немцы, владеющие русским языком, хорошо знающие обстановку. Моей группе пришлось отразить случайное нападение. Виноват, по пока, кроме четырех трупов, мы ничего не имеем.

– Трупы, трупы, – проворчал Абакумов, но развивать эту мысль не стал.

 – По каким признакам вы определили принадлежность убитых к вермахту? Особенно этническую принадлежность.

– Манера носить русскую одежду. У одного убитого во рту железная коронка. Работа хорошего немецкого мастера. Она ставилась офицеру, а не бывшему советскому военнопленному или изменнику с оккупированной территории. Еще у одного след от операции по удалению аппендицита. Шов немецкий.

– Как держится Максимов?

– Хорошо держится. Но я не делюсь с ним оперативной информацией.

Рано. Пока самому еще не все ясно. Когда мы получим ответ по нашим запросам, товарищ комиссар?

– Я приказал поторопиться с выяснением ваших вопросов, касающихся трех пропавших офицеров. Однако на вашем месте я бы не стал особенно надеяться, что мы найдем что-то из ряда вон выходящее.

– Этого я не жду, – вздохнул Буров. – Но это часть процедуры, без этого не будет полной картины. Хотя если кто-то из них в прошлом был знаком с другим из этой троицы, то это уже наводит на мысли.

– Если будет что-то важное, я вам сообщу.

А пока форсируйте. Не замыкайтесь на выводах, не ищите объяснений. Сбор фактического материла, как можно больше данных. На сегодняшний день пока след еще теплый. Скажите, вы доверяете капитану Серову? Может, нам его отозвать? Мне кажется, он там достаточно наломал дров.

– Нет, пусть Серов и сработал не особенно блестяще, но он находился в ситуации полного неведения. На него просто обрушились события, и он действовал в рамках существующих инструкций. Это не его вина.

Прошу оставить его с полномочиями. На капитане Серове замкнуты первые события, его мотивировки в первые минуты очень важны, так же как и его контакты. Он больше поможет, если будет под рукой, если будет чувствовать к себе доверие.

– Хорошо, Иван Николаевич. Действуйте, но спешите. Пока я могу вас прикрывать, но дальше ситуация может измениться.

Мария Николаевна сидела у стола, прямая и бледная как полотно. Тонкие губы стиснуты в тонкую безжизненную нить.