Посылка для генерала

Из двух десятков танков своим ходом ушли четыре. Шесть сгорели и взорвались. Из десяти, тех, что можно было на ремонтную базу оттащить, смогли под огнем вытащить только три.

Капитан говорил, а сам смотрел на поле боя и морщился.

– А как тела собирали? Васильева так и не нашли?

– Беглов видел, как их подожгли. Он тогда крикнул, что командира подбили. Правда, сам он и трех минут после этого не прожил. И им досталось. Кто-то видел, как экипаж машину покидал, как тушить пытались. А что дальше было, никто не знает.

Трое их лежало возле танка. Видно, что отстреливались. Заряжающий обгорел сильно. Все мертвые, а подполковника не было. Может, уполз, может, и не ранен был, а может… Там же воронки повсюду. Одно прямое попадание снаряда – и мизинца не найдешь, если фугасным долбанули.

– Слушай, Вертовкин, – насторожился Гробовой, – а немецкие похоронные команды там не лазили, своих не пытались вытащить?

– А кто их знает, кто там лазил. Перестрелки почти постоянно были. Пулеметы трассирующими лупили.

Иногда минометами накрывали, но не часто.

– Покажешь, где танк Васильева остался?

Два молодых офицера, вышедших из парикмахерской, вытянулись, отдавая честь стройной женщине с погонами майора юстиции. Проводив взглядом военного юриста, один из офицеров толкнул товарища локтем:

– Красивая женщина! И военная форма ей к лицу.

– Красоту ничем не испортишь, – засмеялся второй. – Ты лучше подумай о тех, по чью душу она сюда приехала. Военные прокуроры просто так по войскам не ездят.

Марина Валентиновна Половцева остановилась возле палисадника, положила руку на низкий аккуратный заборчик. В комендатуре и правда служат нормальные люди, которые понимают, что для женщины цветы под окном – не последнее дело. Война войной, а глаза все равно замечают клумбу, выметенные дорожки и чистые занавески на окне. Комнату для постоя подобрали ей самую лучшую – чистую и просторную.

Хозяйки не было. Убравшись утром в доме и во дворе, она ушла к своей дочери, жившей неподалеку.

Открыв дверь, Половцева замерла: где-то невдалеке снова загрохотало, вздрогнула земля, зазвенело стекло в комоде. Фронт близко, очень близко. И грядут события важные и серьезные. Сколько еще крови прольется на земле, прежде чем погоним мы этого зверя в свое логово! Погоним, обязательно погоним!

Марина Валентиновна прошла в свою комнату и остановилась. На тумбочке у кровати в обычной стеклянной банке красовался букетик ландышей.