И ничего… моя пара словно растворилась…
И в том момент, когда паника накатывает, как приливная волна, грозя смыть остатки здравомыслия, где-то на подкорке вновь возникает образ маленького косолапого волчонка с темно-серыми глазами, в которых заметны синие крапинки.
Малыш слегка переступает лапами, а затем ошарашивает:
— Папа, спаси нас… Я покажу…
* * *— Сын?
Задаю мысленный вопрос мелкому пушистому комку на пухлых лапах и хмурюсь. Слишком все это напоминает горячечный бред, вызванный отчаянием.
Но от малыша веет такой открытой и незамутненной любовью, теплом, светом и нежно-сладким ароматом моей пары, что все сомнения тают, как снег по весне на ярком солнцепёке.
— Сын, — повторяю уже утвердительно, а затем и с уверенностью, — сын!
Сердце делает рваный скачок, оживая, пульс учащается, душа обретает крылья, а я надежду. Серый приходит в себя, побеждая поселившуюся внутри безнадежность, и рыкает так, что несколько оборотней в стороне отскакивают друг от друга, поджимая хвосты и на время забывая о драке.
Прикрываю на секунду глаза, пытаясь внутренне ощутить тонкую ниточку связи, тянущуюся от волчонка ко мне, и, не чуя лап, стрелой устремляюсь вдоль кромки леса, забирая всё дальше к востоку.
— Райдэн? Всё в порядке? Ты куда? — долетает по мысленной связи удивление и беспокойство от побратима."
"Он изо всех сил пытается успеть за мной, но Серый мчится на пределе возможностей, потому расстояние с каждой секундой увеличивается.
— Сын зовет, — посылаю ответ и добавляю образ малыша, чтобы не напугать друга.
Но, обернувшись, понимаю, что не удивить не выходит. У волка Дорса делается настолько ошарашенный и обалделый вид, что через секунду его лапы путаются, он спотыкается и чудом не врезается в препятствие, встречающееся на пути.
— ЧТО?
— Сам в шоке, — фырчу мысленно.
Да, это событие из области фантастики, а не рядовой случай. Хотя, совершенно плевать на всё вокруг.
Главное, моя семья, Мия и сын, которым я сейчас нужен. И чем быстрее мы встретимся, тем лучше.
Ведомый призрачной нитью я с каждой отщелкнутой секундой внутренних часов всё четче и ярче начинаю улавливать нашу взаимосвязь, родство, единство с малышом, а потом приходит и ощущение связи с истинной. Ее переживания, нервная дрожь, неуверенность, страх и в то же время желание бороться, отстаивать свои интересы и не прогибаться под жестокие обстоятельства легкой щекоткой пробегают по самому сердцу, задевают внутренние струны, будоражат кровь.
