Моя волчица не любит толпы, шума, сюрпризов, неожиданных известий и незваных гостей. Она не асоциальна, просто воспитание дало плоды, и моя пара — жуткая скромница с синдромом отличницы и перфекционистки.
Уверен, мне понадобится ни один год, чтобы доказать ей, что ничего сверхъестественного от нее никто, в том числе я, не ждет и не требует, что любые живые существа имеют право ошибаться, обижаться, отказываться что-то делать, да просто отдыхать и бездействовать, если совсем нет настроя.
И болеть им можно, а иногда даже нужно.
И быть слабой — это не преступление, а возможность позволить своему мужчине побыть подольше рядом, проявить себя, дать побаловать любимую женщину и позаботиться о ее потребностях.
У Мии четкий пунктик на то, что она с изъяном, неидеальная. И, боюсь, что это мои слова, произнесенные в день похорон ее отца, слишком ярко отложились в ее умненькой симпатичной головке.
Каждый раз ругаю себя, вот только исправить прошлое уже не могу.
Но непременно изменю будущее, хотя моя истинная очень упряма, и переубедить ее станет архисложной задачей.
Но ничего, прорвемся.
Она у меня — умница, и я обязательно ей это докажу.
А еще Мия до безумия очаровательна. Я с ума схожу лишь от одного ее дивного аромата, насыщающего каждый уголок нашего дома.
Единственное место, где еще можно держать мысли в узде, а не грезить на яву, это моя спальня. Куда я ее не позвал.
Не потому что не хочу.
Хочу.
Очень хочу.
Безумно.
До умопомрачения.
До сбитых на тренировках костяшек пальцев.
До счесанных клыков.
Но не делаю этого. Запрещаю себе.
Сдерживаю желание и перестраховываюсь, потому что не уверен, что контроль не лопнет в самый неподходящий момент, и я ее не напугаю своим собственническим инстинктом.
Естественно, я бы не набросился в полном понимании этого слова, но зацеловал бы так, что ни одного местечка на теле не осталось обделенным.
Потому что она безумно милая, невозможно сладкая, идеально ладная и магически притягательная.
Вся моя.
Одна-единственная.
От темно-русой макушки до миниатюрных пальчиков ног.
Кошмар!
Кажется, у меня уже навязчивая идея сформировалась: обнимать мою девочку столько, сколько захочу, и так долго, пока не прогонит. Но в мечтах она лишь улыбается и прижимается теснее, требуя не останавливаться.
Оттого и грежу уже наяву, а ночами спать не могу и вновь пропадаю в спортзале, вымещая бушующую в теле энергию на снарядах.
