— А…
— У тебя есть десять минут, Мира, пока я буду разговаривать со своими людьми по поводу утра. Не переживай, в четыре часа ты покинешь эти земли.
— Х-хорошо.
— Постарайся расслабиться и не нагнетать. Я возьму с тебя всё по максимуму в любом случае. Но не потому что это сделка, а потому, что сам так хочу. Понимаешь?
— Д-да.
— Вот и замечательно. Кстати, время пошло.
Киваю, но так и стою, не двигаясь.
Матушка-Луна, как же так всё быстро происходит?
Перевожу взгляд за окно, глядя на ту, кому адресую вопрос.
Естественно, ответа не получаю, зато тихий хлопок закрывшейся за оборотнем двери заставляет прийти в себя и начать двигаться.
Дергаюсь в ванную, судорожно осматривая полки и находя специальный шампунь без ароматических отдушек. Стягиваю всю одежду, последней разматываю косынку.
Да, с волосами хоть что-то сделать я бессильна. Даже стойкая краска не помогает, растворяясь буквально в течение часа-двух.
Ладно, погашу свет в комнате.
Принимаю решение и захожу в душевую кабину.
Включаю теплую воду, закрываю глаза и заставляю себя расслабиться и перестать думать.
Эта функция сегодня мне больше не понадобится. Всё, что могла, я сделала, теперь только вперед.
Вот же странность. Я паникую, а Серебрянка довольно скалится, выплясывая свой волчий танец и задирает мордочку вверх, словно улыбается.
Что ж, если совсем будет невмоготу, отпущу ее на первый план. Сама же уйду в тень. Нет, того, что моя девочка нас раскроет, не боюсь. Мы обе понимаем, как важно доиграть эту партию до конца.
И осечек быть не может.
Фух, ладно, пора.
Перешагиваю через невысокий бортик поддона и, замотавшись в одно полотенце, а второе использовав как тюрбан, выхожу в комнату.
Пусть Райдэн и не догадывается, но наша сделка равносильна с обеих сторон. Ведь я тоже двуликая, а значит, не могу отыгрывать назад собственные обещания или филонить.
Успеваю раньше альфы, потому подхожу к выключателю и гашу освещение.
Да, оборотни идеально видят ночью, это факт. И при желании Райдэн легко рассмотрит мою седую шевелюру.
Но в темноте, может, это не будет таким уж ужасным зрелищем.
Оглядываюсь вокруг, решая, двигаться к кровати или остаться стоять посреди комнаты, но открывшаяся дверь отменяет все планы.
— Уверена, что тебе будет комфортно в темноте? — задает вопрос Райдэн.
И я понимаю, почему.
Люди же плохо видят в сумраке. Впрочем, и я тоже. Вот он и заботится прежде всего обо мне.
— Да, пожалуйста. Хочу просто чувствовать, — выдыхаю робко, прикрывая глаза.
