Но ловит мой взгляд, не обещающий ей ничего хорошего, и тут же меняет сценарий.
— О, Луна, ты ранен?!
Холёная кисть взлетает вверх, прикрывая распахнутый в «ужасе» рот, вторая простирается ко мне, но в последний момент останавливается и не касается.
Со стороны может показаться, что она боится причинить раненному лишнюю боль, но и я, и артистка отлично знаем, что все совсем не так.
Если хоть пальцем тронет, Серый ее порвет.
И сдерживаться волк не будет. Он за свою истинную вмиг раздерет любого, даже если той стало больно не физически, а душевно, а потом, может быть, подумает, что погорячился.
И то не факт.
Борсова — не идиотка, чтобы рисковать. А обещание расправы легко читается в моих глазах, тем более, Серый совсем рядом.
— Тебе нужна помощь, — выдает она в итоге с дрожью в звонком голоске и замирает.
Еще с минуту выдерживаю паузу, отчего волчица заметно бледнеет, и только потом раскрываю рот.
— Здравствуй, Сэйла.
Сдвигаю хмуро брови, прожигая интриганку недобрым взглядом, отчего она тут же отшагивает назад, и добавляю:
— Спасибо за беспокойство, но помощь мне уже оказали.
Оборачиваюсь к истинной и, подмигнув, мягче сообщаю:
— Милая, познакомься с Сэйлой Борсовой, моей старой знакомой и… парой моего приятеля Цефа Вудова.
— Я не… — моментально вскипает брюнетка, но хватает слегка выпустить силу альфы, и она замолкает."
"— А это, — продолжаю, как ни в чем не бывало, однако, голос повышаю, чтобы присутствующие оборотни, стоящие чуть в стороне, но внимательно следящие за разговором, поняли все правильно, — Амилия Шаева.
Моя истинная.
— Иванко, — хмыкает тихонько малышка.
Поворачиваюсь к паре, приподнимая бровь, и тону в сверкающих хитринками глазищах.
— Даже так?
— Угу, — пожимает она плечиками, скрывая в уголках рта улыбку. — Это мамина.
А я расслабляюсь, потому что и моя истинная не нервничает.
— Сэйла, что ты забыла в моей стае? — возвращаю внимание незваной гостье. — Я запретил тебе появляться на нашей территории.
— Но я не имею отношения к тому, что сделал мой отец.
Я в этой ситуации оказалась такой же жертвой обстоятельств. Поверь мне!
Чуть наклоняю голову вбок, внимательно наблюдая за игрой актрисы, которая сейчас нагло врет. И думаю лишь о том, догадывается ли об этом Амилия.
— Райдэн, ты не можешь так поступить! — выступление продолжается. — Как можно взять и забыть всё, что межу нами было? Это жестоко!
— А между нами что-то было? — выгибаю бровь, прижимая Амилию к своему боку.
