И аккуратно, стараясь не навредить, потихоньку удаляю засохшую кровь и стягиваю вчерашнюю повязку. Даже губу прикусываю от переживаний. А Райдэн даже не морщится.
— Разве такая быстрая регенерация бывает? — выдыхаю неверяще через пару минут.
Рассматриваю место укуса и обалдеваю. От разодранной раны, что еще вчера вечером пугала размерами и видом, напоминая одно сплошное месиво, осталось всего несколько почти затянувшихся шрамиков. Большая же часть уже совершенно здорова и безупречна. Словно прошла неделя.
— Регенерация альфы, — кивает Грас обыденно.
— Спасибо, Амилия. Мне очень приятная твоя забота.
— Я же ничего не сделала, — пожимаю плечами и машинально начинаю укладывать в аптечку уже ненужные бинты.
Повязка альфе ни к чему.
— У меня вопрос, — не выдерживаю через минуту и, дождавшись согласного кивка от мужа, уточняю, — почему ты теперь называешь меня полным именем?
— Просто показалось, что сокращение «Мия» тебе не очень нравится.
Райдэн, не спрашивая, достает из холодильника коробку молока, наливает две трети стакана, подогревает в микроволновке и протягивает мне.
— Да и твой спаситель называл тебя Алей, — как ни в чем не бывало продолжает фразу.
Гляжу на угощение, как завороженная.
Как он догадался, чего мне хотелось?
— Он — человек, вот и переиначил на свой лад. Ему так казалось легче, а я не возражала.
Делаю паузу и с удовольствием приговариваю почти половину стакана. Как же давно я не пила молоко. Объедение.
— Спасибо, — благодарю от души и, набравшись храбрости, добавляю, — Амилия звучит слишком официально и холодно.
Будто это не я.
На душе становится теплее, что Райдэн даже в таком вопросе, как мое имя, старался угодить. Хотя сначала подумала, что он решил отдалиться.
— То есть, ты не против оставаться прежней? — приподнимает он бровь, хитро улыбаясь. — Если хочешь, можно использовать Ами, Лия, Ия, Ая?
— Не-не-не, — заражаюсь его весельем и качаю головой. — Мне нравится Мия.
— Мне тоже, — истинный вдруг становится серьезным, легонько ведет по моей щеке пальцами, дотрагивается до нижней губы и, показав малюсенькую капельку молока, которую стер, слизывает ее, — ты очень красивая.
Произносит на выдохе.
А меня разряд тока прошивает откровенного взгляда. И глаза отвести нет никакой возможности. И желания.
Райдэн наклоняется ниже. Его темно-серые омуты обжигают мои губы. Я даже проверяю их целостность, проводя языком по тому месту, которого он касался.
Напряжение сковывает по рукам и ногам. Я жду поцелуя.
