Поцелуй по-эльфийски

И они приближались, несмотря на непролазные заросли, вмиг уплотнившиеся еще сильнее. Магия пришельцев, в свою очередь, выжигала все вокруг. Не огнем. От них буквально расползалась чернота, словно проказа. Только что зеленые деревья сбрасывали потемневшие листья, свежая трава пожухла, а потом и сопрела.

Я видела, как за зеленой стеной-защитой, которая нас разделяла, собиралось все больше тварей, но сама стена пока держалась. Держались и эльфы, пусть в их глазах читались боль и скорбь, будто падали не вмиг высохшие деревья, а их товарищи.

– Атака по первой линии, – скомандовал эльф, чем-то похожий на Эвиналя Ильнао повадками, жестами, поведением. Наверное, сотня-другая лет жизни накладывает свой отпечаток.

Он коснулся ствола, и я заметила, как с соседнего дерева ему кивнул другой эльф и передал дальше.

Мы готовились к единому магическому удару, когда один создает заклинание, а другие его напитывают. Кайлус в нашей группе начал плетение общей структуры, которую предстояло заполнить магией.

Это должно отбросить тварей, не дать им уничтожить стену.

Больше всего твари боялись огня. Проблема в том, что и лес боится огня, а его хозяева во что бы то ни стало стремились не навредить своему дому еще сильнее. Поэтому мы били водой, поражая врагов ледяными копьями, воздухом, атакующим не хуже воды, с землей снова работали эльфы, создавая ямы и провалы, или, наоборот, как в кокон заключая в землю тварей.

Мы действовали как никогда слаженно, магистр Тирас, уверена, гордился бы нами и утирал скупую преподавательскую слезу.

Но пришельцев было много. Слишком много. Они наводнили все пространство впереди, их магия все дальше распространялась за пределы зеленой стены, да и стена постепенно засыхала, словно обугливалась. И твари понемногу пробовали ее на прочность.

Мелькнула мысль: сколько понадобится времени другим магам, чтобы пробиться к порталу, который ни за что не оставят без защиты, и как долго будут его закрывать? Продержимся ли мы столько?

Ответом мне стал прыжок твари – да, они, оказывается, неплохо прыгали – одна оттолкнулась от своих же погибших товарищей, высокой грудой лежащих у стены, а затем от самой стены.

Ветви спеленали ее раньше, чем это сделали мы, но мелкие желтые цветы тут же начали опадать, а ветки слабеть и засыхать. Добивали пришельца эльфы, отважная ветвь повисла сухой безжизненной плетью, похожей на сломанную конечность.

А за первой тварью пошли и следующие.