Поцелуй вечности

«Только после вас» Майкл не вспомнил, наверное, потому, что я держала большой посеребренный костыль и не боялась им пользоваться. Он скользнул к окну, как бы невзначай задев меня рукой, и секунды через две спрыгнул на траву.

Я осталась наедине с Пенниуэллом — костыль уже не казался таким надежным, практичным и многофункциональным.

Мистер Рэнсом встал между нами с таким видом, словно только что вспомнил о нашем существовании.

— Уезжай! — велел он. — Скорее!

Я швырнула хлыст в окно, свободной рукой схватилась за раму и нырнула в ночную прохладу.

Майкл поймал меня на лету, как перышко, и поставил на землю. До чего же было хорошо в его объятиях! Я взвизгнула, боясь, что задену его костылем. Посеребренный металл обжег Пенниуэлла, а Майклу будет еще больнее.

— Давай сюда! — Шейн засунул костыль под водительское сиденье. — Ну, что дальше? Свиданку устроите?

Как ни велик был соблазн, Майкл усадил меня в машину, захлопнул дверцу, и Шейн дал газу. Пару секунд седан буксовал, но потом сцепление восстановилось, и он по длинной дуге понесся мимо манежа к стоянке.

Мы чуть не посбивали спешащих на тренировку футболистов!

Секунд через пять в свете фар возник Пенниуэлл. Неужели не уйдет с дороги?

— Не останавливайся! — крикнул Майкл, и Шейн раздраженно посмотрел на него в зеркало заднего вида:

— Вообще-то, я не первый день в Морганвилле. Честное слово!

Шейн нажал на газ. Лишь в самый последний момент Пенниуэлл отскочил в сторону, как матадор перед быком. Когда я оглянулась, он стоял и смотрел нам вслед.

Я не отводила глаз, пока он не умчался в противоположном направлении за другой жертвой. Наблюдать дальше не хотелось.

— Останови! — срывающимся голосом попросил Майкл на полпути к дому.

— Нет! — отрезал Шейн.

Мы ехали по неблагополучному району, весьма почитаемому сомнительными личностями, в том числе вампирами.

Майкл распахнул дверцу, давая понять, что готов выпрыгнуть. Шейн тотчас наддал по тормозам, и седан замер под уличным фонарем. Майкл не дошел, а доковылял до заколоченного дома, уперся ладонями в кирпичную стену, и я увидела, что он дрожит.

— Майкл, вернись в машину! — закричала я. — Уже недалеко, дотерпишь!

— Нет, не дотерплю. — Майкл отошел от стены, и я разглядела, что глаза у него почти такие же алые и жуткие, как у Пенниуэлла. — Слишком проголодался. У меня времени в обрез.

«У нас тоже, — подумала я. — Если Пенниуэлл узнает, что мы остановились, в два счета догонит!»

— Майкл, только не сейчас! — вмешался Шейн.