Поцелуй злодея (ЛП)

Оглядываюсь на Симону, все еще лежащую на полу и поедающую свою пиццу. Умудрившись встать, я подхожу к двери и неохотно открываю ее. Моя мама стоит там с большой сумкой в руках, а на ее лице написана целая куча разочарования.

- Я была занята, - говорю я ей.

Мама входит и обхватывает меня руками, роняя сумку, когда обнимает меня.

- Я слышала. Поэтому я и приехала к тебе. - Она обнимает меня еще крепче, после чего отпускает и отстраняется. - Я вижу, вы обе все еще ввязываетесь в неприятности, - говорит она, глядя на Симону, которая не поднимается с пола.

- Простите, миссис Лавендер.

Я помогаю Симоне подняться, пока мама идет на кухню и открывает другую коробку с пиццей, достает кусок и быстро его съедает.

- Какие планы? - Ее взгляд падает на меня. - Кайлер позвонил мне.

Как мужчина может быть таким отстраненным в отношениях, а после их окончания быть доступным как никогда? Это буквально не имеет смысла. Я ищу помощи у Симоны, но она идет в гостиную и включает телевизор, полностью игнорируя меня. Типично, когда становится трудно…

Когда я оборачиваюсь, у мамы во рту половина брауни.

- Ты не должна это есть, - предупреждаю я.

- Почему? Оно потрясающее. Умничка. Ты должна дать мне рецепт.

Симона начинает сильно смеяться, падая на диван, пока мы не перестаем ее видеть, но все еще слышим.

- Не ты его испекла? - спрашивает моя мама, кивая в ту сторону, где Симона валяется от смеха.

- Мам, в них марихуана. - Я вижу, как на лице моей матери отражается ужас. Она расширяет глаза, выкидывает брауни и смотрит на него, а затем тянется за ближайшей выпивкой, которая, так уж вышло, оказывается моим вином, и выпивает ее до дна.

- Ты позволила мне его съесть, - обвиняет она.

- Технически, ты не спрашивала. Ты просто съела его. - Я пожимаю плечами. - Я съела один, и я все еще жива. - Я сажусь обратно на пол и вновь ложусь. - Я чувствую себя немного уставшей, как будто проваливаюсь сквозь пол. Это все, что я чувствую.

Симона продолжает смеяться.

Моя мама ахает, как будто ее накрывает осознанием.

- Это делает меня наркошей? Я никогда не принимала наркотики. О боже, что если я стану зависимой?

Симона теряет самообладание. Она бьется в истерике.

- Я уверена, что не станешь, - говорю я ей, в то время как Симона кричит, все еще находясь в истерике. - Наркотики - это плохо, детишки, вы становитесь зависимыми.

Эти слова моя мама говорила нам в детстве.

- Симона, - кричит мама. Держа в руках бутылку вина, она ложится рядом со мной. - Пол приятный и холодный.