Повелевающая огнем

Кривоносов отметил про себя, что Гордецкий изменился за то время, что работал в архиве на нижнем ярусе штаб-квартиры компании. Стал более мрачным и озлобленным, да и выглядел не так презентабельно, как раньше. Дорогие строгие костюмы сменил пыльный белый халат, под глазами залегли темные тени, щеки и подбородок покрывала трехдневная щетина, чего он никогда не позволял себе, будучи управляющим. Шутка ли, с самых верхов отправиться в пыльный подвал! Но Гордецкий сам виноват. Находясь у власти, он принял несколько необдуманных решений, чем поставил под удар само существование корпорации.

Пусть еще спасибо скажет, что его совсем не уволили!

– Добрый вечер, Эдуард Владленович, – напряженно поздоровался Гордецкий.

– Здравствуй, Эммануил, – сухо кивнул Кривоносов.

– Все ли у вас в порядке?

– Не жалуемся.

– Надолго ли?! – как-то ехидно осведомился Гордецкий, затем, не дожидаясь ответа, обошел всех троих и отправился прочь.

Ашер недоуменно глянул ему вслед.

– А не причастно ли это ничтожество к побегу Савицкой? – тихо спросил он.

– Я думаю о том же, барон, – сказал Кривоносов. – Вы присмотритесь к нему. В тихом омуте черти водятся!

Они вошли в лифт и поднялись на самый верхний этаж штаб-квартиры, где размещался кабинет президента, его приемная и большой конференц-зал.

– Вы уже выбрали место, где будете отмечать свое пятидесятилетие, Эдуард Владленович? – спросил Ашер.

– Подумываю, не арендовать ли банкетный зал какого-нибудь отеля, – произнес Кривоносов. – Но точно пока еще не решил.

– Я знаю несколько отличных заведений.

Если хотите, составлю список.

– Было бы очень любезно с вашей стороны.

Ашер молча кивнул и отправился в приемную. Кривоносов и Анжелика прошли в конференц-зал. Президент занял свое место во главе огромного круглого стола из черного дерева. Секретарша включила большой видеоэкран, висящий на стене, и набрала на клавиатуре нужный код вызова. Экран засиял мерным голубым светом. Вскоре появилось изображение Иоланды, облаченной в черный шелковый халат, расшитый огненными драконами.

Ее черные волосы были уложены в замысловатую высокую прическу и заколоты длинными японскими шпильками. Иоланда сидела в большом резном кресле, спинку которого покрывала черная косматая шкура какого-то животного, за плечами женщины виднелись огромные изогнутые рога.

– Рада вас видеть, Эдуард Владленович, – холодно произнесла она. – Мне сказали, вы ищете меня?

– Да, дорогая, у меня есть к вам разговор. И не очень приятный.

Иоланда вопросительно изогнула бровь.