Выйдя на балкон, он набрал номер Морин."
"Волны ярко сверкали на солнце после шторма, несколько обломанных пальмовых веток лежали на песке, пара стульев валялась рядом, но никаких более серьезных повреждений Истон не заметил. Утренние пешеходы и собиратели раковин уже вышли на пляж, детишки, облаченные в крошечные спасательные жилеты, прыгали в прибрежных волнах, отдыхающие постепенно возвращались к обычной жизни.
Морин ответила после третьего гудка, ее голос был звонким и бодрым.
– Как вы пережили ночную бурю? – вместо приветствия спросил Истон.
– И тебе доброе утро, – поддразнила его Морин. – В этом году бывало и похуже. Ветки деревьев, конечно, поломались от ветра, но мы уже мобилизовали команду волонтеров для очистки территории.
– А как животные? – спросил Истон, усевшись в ротанговое кресло.
– Некоторые, конечно, испугались, но никаких травм ни у кого нет, – сказала Морин. – Нам повезло.
– Рад слышать. Я беспокоился о них и о вас, ребята.
– Вы везете с собой каких-нибудь животных?
– Нет.
Это не совсем деловая поездка.
– Я так и подумала, – протянула Морин, и Истон почти увидел, как удивленно поползли вверх ее брови. – Истон?
– Что?
– Будь внимателен к Порше. Мне кажется, с ней что-то происходит. Она недавно уезжала куда-то. Поначалу я подумала, что у Маршалла проблемы с учебой, но мне почему-то кажется, что она еще чем-то обеспокоена.
– Спасибо, что предупредила, – сказал Истон, почувствовав желание защитить Поршу от всего на свете.
– Мы все дорожим ею. Она гораздо больше, чем просто сотрудник.
– Я знаю. Я поговорю с ней на обратном пути. Скоро увидимся.
Он закончил разговор с Морин и посмотрел вглубь номера сквозь стеклянную дверь балкона. Слова Морин эхом раздавались в его голове: он и сам уже не раз замечал странное состояние Порши, но был слишком занят своими переживаниями и чувством вины перед ней. Он ничего не сделал, чтобы помочь ей.
Истон вошел в комнату и едва не врезался в Поршу. Ее волосы были влажными после душа, но на этот раз вместо полотенца на ней была ее вчерашняя одежда, мятая, но сухая.
Он не хотел торопить ее, особенно после того, как сам принял решение предоставить ей свободу выбора.
Лицо Порши было бледно-серого цвета, будто краска разом схлынула с него. Их взгляды на мгновение встретились, но Порша быстро отвернулась и облокотилась на край кушетки.
Опытным взглядом доктора, пусть и ветеринара, Истон пристально изучал Поршу.
