– Андреа хотела добавить, что Бак занимался бы фермерством, если бы не вернулся домой из Вьетнама со стальной пластинкой в черепе, которая не позволяет ему заниматься физическим трудом, но решила промолчать. – Было время, когда сельским хозяйством занимались все, пока высокие кредитные ставки и засуха почти начисто всех не разорили. О, чуть не забыла! У нас еще есть пара перерабатывающих заводиков. Но очень многие покидают наши места, и это очень печально.
– Подобное сейчас везде происходит, – заметил Сэм.
– В Техасе – та же картина с нефтедобывающей промышленностью, в Питтсбурге – со сталепрокатными станами, да и в Калифорнии компьютерная индустрия уже не та, что раньше. Я рад, что могу делать работу своими собственными руками и всегда могу переехать в другой город, если в том, где я нахожусь, работы больше нет.
Андреа украдкой бросила взгляд на своего спутника, барабанившего натруженными пальцами по дверце машины.
Ей не нравилось то, что происходило в ее родном округе. Строительная компания Эда Пиньона являлась единственным расширяющимся промышленным предприятием.
Она никак не могла понять, как ему это удавалось.
Сэм сморщил нос и прищурился.
– Хлопковая пыль. Я этот запах узнаю везде.
– Это типичный для Юга запах, мистер Скиталец. Когда-нибудь работали на ферме?
Запах хлопковой пыли ворвался в открытое окно машины и словно знакомой шалью окутал девушку. Это был ее мир, вечный мир, которому она могла доверять. Мир, который никогда не будет отличаться от того, на что он похож.
Сегодня ее мир был зеленым и свежим.
– Не в моем это вкусе. Скажем так, я пытался несколько последних лет избегать сельскохозяйственных районов.
– Почему же, Сэм? Разве фермеры ничего не строят?
– Строят, вернее, ставят ограды – преимущественно из колючей проволоки, которые тебя либо самого взаперти держат, либо куда-нибудь не пускают. Я люблю бетон и сталь только высоко над землей или в пустыне. А еще я люблю путешествовать, вы помните об этом?
Помнит ли она? Да как она может забыть!
Глава 4
Они достигли окрестностей Коттонборо, где двухполосное шоссе немного сужалось и переходило в улицу Корт-Стрит, которая вела прямиком к зданию суда, сложенному из красного кирпича, со сломанными часами на остроконечном фронтоне.
Андреа припарковала машину на стоянке, неподалеку.
– Вот, пожалуйста, мистер Фарли, суд округа Мередит перед вами. Налоговое ведомство на втором этаже. Встретимся позже, здесь в машине.
