Интересно, сколько же людей, не стесняясь, предаются похоти в самый разгар дня, после чего отправляются в церковь замаливать грехи? Она пересекла крохотный скверик перед сложенным из красного кирпича зданием церкви, распахнула дверь и словно окунулась в прохладу церковной залы. Ей нравился светло-зеленый ковер на полу, белое убранство интерьера, позолоченное кружево колонн и перил на хорах. Здесь все было так, как и всегда.
Но было время, когда Андреа безумно радовалась возможности сбросить с себя типичные для жителей Аркадии цепи сдержанности, что даже решалась на некоторые безоглядные поступки.
Например, просто взять и выйти из прибывшего в Атланту автобуса и пройтись по ее улицам, думая о том, что впереди тебя ждет новая жизнь – это пьянило, как вино. Ей ведь ничто не могло помешать последовать за Дэвидом.
Неожиданно мелькнула мысль: а может быть сейчас, когда Сэм рядом с ней, не дает ли она волю своим чувствам, пытаясь оживить то, что, в общем-то, возродить нельзя.
Дэвид не просил ее уехать с ним.
И в конце их романа окружающий мир увиделся Андреа таким, каким он есть: одна сплошная огромная обольстительная ложь, которая соблазняет тебя, и, в конце концов, оставляет в дураках. И она отвернулась от мечты и вернулась в то место и к тем людям, что были просты и доступны ее пониманию.
Но вот теперь в Аркадию пришло порочное возбуждение, которое сначала вторглось в ее мысли, а потом пленило и ее тело. Андреа тихо опустилась на сиденье. Ей пришлось поверить в то, что она переживет и это вторжение.
Он скоро уйдет из ее жизни, этот черноглазый бродяга, обладающий каким-то магнетизмом, и тогда Аркадия снова станет такой, какой была и прежде, до его появления здесь.
Андреа распрямила плечи и прошлась по классам воскресной школы, двери которой были широко открыты для всех желающих, послушать концертную программу местного хора и принять участие в последующем торжественном ужине.
Тут и там мелькали и путались под ногами мальчишки-хористы с ломкими голосами, старавшиеся исподтишка подшутить над своими сверстницами, нервно хихикающими в ответ на их заигрывания.
Когда Андреа подошла к пианино, хор мгновенно собрался вокруг нее и замер в ожидании указаний. К началу концерта почти все столики уже были заняты. От неожиданных рок ритмов, исполненных юными хористами, у публики резко перехватило дыхание, однако потом едва не возникшее у слушателей раздражение улеглось, и все принялись вслушиваться в слова песен.
