Аличева права: Богдан будет хорошим отцом. Он очень внимательный, заботливый.
Я прекрасно помню, как сама была очарована им. Только сейчас у меня нет той наивной восторженности, вместо нее есть чувство уверенности, надежности и защищенности.
— Теперь нам нужно к маме, — доносится до меня голос Богдана, но дочка упрямо показывает пальчиком на яркий паровозик, на котором они только что катались.
Я стою возле разноцветного ограждения и жду, когда они выйдут за территорию детской железной дороги. Моя крошка уже устала, и я слишком хорошо знаю, как тяжело сейчас будет отговорить ее от желаемого.
Раньше я не задавалась вопросом, почему она такая упрямая, но сейчас прекрасно вижу от кого это самое упрямство ей досталось. Моя дочь не только внешне очень сильно похожа на своего отца, но и пошла в него характером. Точная копия только в миниатюре.
Богдан подхватывает маленькую упрямицу на руки, но она продолжает тянуться в сторону аттракциона. Спешу на помощь, пока парк не оглушил капризный плач Снежаны.
Однако Богдан что-то шепчет дочке на ухо, и та послушно затихает.
— Что ты ей сказал? — спрашиваю, когда они подходят ближе.
— Что мы придем в другой раз, — отвечает Богдан, но у самого взгляд лукавый.
— Богдан! — Хочу выпытать у него секрет управления одной маленькой вредины.
— Я пообещал ей, что мы обязательно придем еще раз, если Снежана будет хорошо кушать. Так, Снежана? — Он просит подтвердить его слова, и дочка согласно кивает.
С сомнением смотрю на этих заговорщиков и вздыхаю.
Явно не договаривают. Причем оба! Хотя Снежана пока говорит мало и очень редко, предпочитая любимое «ы-ы-ы».
— Ладно, идемте.
Богдан спускает дочь вниз, но она просится обратно на руки. Устала.
— Все-таки надо было взять коляску, — замечаю.
— Зачем? Мы прекрасно обойдемся без нее, — отвечает Богдан, подхватывает дочь и ловко усаживает к себе на плечи.
Я каждый раз невольно замираю, затаив дыхание. Никак не могу привыкнуть, что теперь моей дочке доступен еще один способ передвижения — на плечах папы.
Снежа чуть подпрыгивает попой, явно намекая, что хочет «поскакать на лошадке».
Мы в парке, вокруг полно народа, но Богдан изображает «го-го», как просит его Снежана, которая от счастья громко хохочет, привлекая к себе еще больше внимания. А мне ничего не остается, как догонять принцессу, скачущую верхом на папе.
— Все, Снежана, «лошадка» устала, — сообщает Богдан, переставая дурачиться.
