Не понимаю, почему он просто не уйдет. Ведь в комнату в любой момент может зайти отец или даже Даша. Даша… Моя сестра и его невеста, которую мы предали. Оба.
— Дарья сказала, что ты беременна. — Убивает меня на месте.
Боже, ну за что?! Я даже злиться не могу на чрезмерную болтливость своей сестры. Даша настолько эмоциональна и доверчива, что ее общительность выходит мне боком.
— Это ничего не меняет. — Качаю головой для убедительности и пытаюсь вернуть ясность мысли. — Я уже записалась на аборт. — Это явная ложь.
Но она мне нужна. Нам нужна. Обоим. Я не хочу разрушить счастье сестры. Не хочу, чтобы ее брак, регистрация которого должна состояться через два дня, распался прямо накануне.
— Аборт? — Бархатные глаза темнеют и становятся практически черными на каменном лице.
— Да, Богдан. Аборт. Или ты считаешь, чтотвоя жена ни о чем не догадается, если мой ребенок вдруг окажется похожим на ее мужа?
— Я поговорю с Дарьей, — произносит решительно.
Дарья… Я не представляю, как теперь смотреть в глаза своей сестре, с которой мы только познакомились и успели подружиться.
— Не смей! Слышишь? — восклицаю и сама подхожу к мужчине, от которого мне нужно бежать как можно дальше. — Это единственное о чем я тебя прошу: я не хочу, чтобы Даша знала о… — Хочу сказать «о нас», но понимаю, что никаких «нас» не было и никогда не будет. — Об этом.
Некоторое время Богдан молчит.
— То есть ты хочешь сделать аборт, чтобы не осталось никаких последствий? — задает вопрос вместо ответа.
Его слова больно бьют по живому.
— Да. Той ночи не должно было быть, — отрезаю.
— Но она была, Юлиана.
В горле застревает ком. Как он может так спокойно говорить об этом? Да, была. И я ни за что не признаюсь, что это была самая лучшая ночь в моей жизни. Но отвечаю совсем другое:
— Мы оба совершили ошибку, Богдан. Поэтому мне лучше уехать. — Отбрасываю все эмоции и чувства. О них я буду думать потом, а сейчас…
— Юлиана, — зовет полным именем.
И от того, как он его произносит, у меня замирает все внутри.
Именно так он звал меня в ту ночь. Воспоминания о ней комом встают в горле.
— Послушай меня. Мы с Дашей выросли вместе. Она всегда бегала хвостиком за мной. Даже когда… — замолкает. — Впрочем, это неважно… Но я… Я никогда не чувствовал к ней того, что чувствую к тебе.
Он подходит, и я снова попадаю в плен от его близости. Как же сложно принять действительность такой, какая она есть. И я сглатываю горечь жестокого разочарования.
