Поверить в чудо [трилогия]

Что скажешь?

       - Знаешь, Виктор, пусть охранник, действительно, будет ещё и водителем, а то я не уверена, что смогу после многочасовой физической нагрузки и расхода сил уверенно держаться за рулем.

       - Вот и договорились. Сделаем так: я подготовлю договор, переоформлю бумаги на машину и выберу охранника. Кстати, тебе какого хочется, брюнета или блондина?

       - Вообще-то, лучше умного и сообразительного.

       - Ага, - не согласился Виктор, - а ты потом начнешь с ним встречаться и окончательно разобьешь мне сердце.

       - А я его и так собираюсь разбить.

       - Жестокие шутки у тебя, Оля.

       - Лучше рассчитайся и поедем ко мне ...или к тебе, чтобы я могла показать, что имела в виду.

       Квартира Ольги была ближе, поэтому через десять минут, едва успев прикрыть за собою дверь, девушка оказалась в объятиях Виктора. От нетерпения он даже застонал, пока раздевал ее и себя, а вскоре, обнявшись, они упали на диван и забыли обо всём. Без всяких прелюдий и нежностей, они так любили друг друга, словно через минуту мир должен был исчезнуть навсегда, но любовников совершенно не интересовало, что будет потом, главное сейчас - утолить пятилетний голод.

Одновременно дойдя до сладкого пика, они слились во взрыве, целуясь чуть не до крови, а потом еще долго выдыхали сдерживаемое во время секса дыхание, прижимаясь друг к другу потными телами.

       Проходили минуты, пока Виктор, наконец, смог сказать:

       - Господи, девочка, что же ты наделала!

       - Даже не понимаешь, да? - Он нежно откинул черный блестящий локон с ее щеки и объяснил.

- Я же теперь навеки потерян для женщин.

       - Не понимаю...

       - После того, что произошло, я теперь не смогу даже взглянуть в другую сторону, - Виктор улыбался, показывая девушке, что шутит, но сам прекрасно понимал - он сказал абсолютную правду. Потому что заниматься любовью с Ольгой, получая наслаждение, какое не испытывал годами, было, как искупаться в живой воде и помолодеть на годы. Да что на годы, на десятилетия!

       Он, 50-летний мужчина, хоть и крепкий физически, в последнее время стал чувствовать, как катастрофически стареет, и это депрессивное состояние распространилось на все окружающее.

Куда-то поддевался оптимизм и радость к жизни, работа стала вызывать равнодушие, отношения с женщинами цинично комментировались (правда, молча) и сводились к примитивной физиологии, и только друзья, да семья сына оставались святым и неприкосновенным.