Повесть о суровом друге

Если болтался желто-голубой лоскут, значит, город занял атаман Петлюра.

Но вот уже прошла неделя, как наши отступили на Пастуховский рудник, а на лавке Мурата болтался ненавистный белогвардейский флаг: бело-красно-синяя тряпка. Васька жалел, что не ушел с Красной Армией. Ведь там, за Пастуховским рудником, все наши: комиссар дядя Митяй, Сиротка, отец Алеши Пупка - дядя Ван Ли.

Генерал Деникин укреплял позиции, белые не собирались сдавать город. На фронт прибывали все новые и новые войска. Кроме «Дикой дивизии» Шкуро, прибыли еще три: Корниловская, Дроздовская и Марковская.

Бои шли непрерывно: не могли наши взять город. Уж очень велики были силы у Деникина.

Каждое утро я выходил из дому с надеждой, что белогвардейцев прогнали, но трехцветный лоскут по-прежнему болтался над кирпичными ступеньками лавки Мурата, нагоняя тоску и напоминая о том, что мы в плену.

Вот почему, когда с Пастуховки начинался орудийный обстрел и у нас на улицах рвались снаряды, я не пугался, а радовался: это были наши снаряды!

Семь дней тянулись как семь лет.

На восьмой я созвал друзей на чердаке моего пустого дома.

Нас собралось четверо: Абдулка, Уча, Илюха и я. Многие ребята с нашей улицы не могли прийти: одни умерли от тифа, другие - с голоду. Алешу Пупка убил белогвардейский офицер за то, что он распевал запрещенную песенку:

На пустом чердаке, за трубой, еще лежала примятая солома, на которой когда-то спал дядя Митяй.

Мы подошли к слуховому окну и стали наблюдать, как возле завода горел и взрывался склад снарядов.

Белые клубы дыма, похожие на бутоны, плавно взлетали к небу. Над терриконом «бутоны» разворачивались на лету и от пламени были похожи на красные розы, лепестки которых осыпались на землю. Немного спустя доносился грохот взрыва.

- Во бахает! - Илюха вытер рукавом нос и засмеялся.

В эту минуту над крышей взвыл снаряд и ухнул где-то неподалеку. Мы так и присели.

- Ого! Дядя Митяй гостинцы белякам прислал, - сказал я.

Над головами пропел еще один снаряд.

Илюха вылупил глаза и крикнул:

- Фунт колбасы белякам на обед!

- Борща кастрюлю! - вопил Абдулка, провожая третий снаряд.

- Огурцов с баклажанами на завтрак!

- Ды-ню-ю! - кричали мы, перебивая друг друга и приплясывая в деревянных босоножках на чердачном настиле.

Вдруг донесся крик перепуганной курицы. Илюха выглянул в слуховое окно и схватил меня за рукав:

Мы осторожно подкрались к окну и пригнулись, чтобы шкуровцы нас не заметили.