Поворот ключа

Я словно вернулась домой.

После какой-то безумной роскоши Хетербро эта скромная комната покорила меня с первого взгляда. Она была цельной — никаких резких переходов от викторианства к отполированному футуризму. Все дышало уютом: следы от чашек на кофейном столике, фотографии на каминной полке — наверное, друзья Джека со своими детишками, а может, племянники и племянницы. Один мальчик, присутствовавший на нескольких снимках, судя по фамильному сходству, относился к членам семьи. У меня закрывались глаза — две бессонные ночи подряд давали о себе знать, но я пришла в себя, услышав легкое покашливание.

Передо мной стоял Джек с пластырем, флаконом антисептика и двумя стаканами.

Я удивленно распахнула глаза.

— Выпить? Нет, спасибо.

— Точно? Тебе надо снять напряжение. Предупреждаю: будет жечь. И по-моему, там остался осколок.

Я покачала головой. Тем не менее Джек оказался прав. Мне было ужасно больно, когда он протирал рану антисептиком, и совсем уж невыносимо, когда он вставил в порез пинцет, и засевший в ране осколок вонзился еще глубже в палец.

Я непроизвольно выругалась, но Джек уже улыбался, подняв пинцет с крошечным окровавленным кусочком стекла.

— Отлично, вытащил. Представляю, как оно болело.

— Ты продержалась дольше некоторых.

— О нянях. Вообще-то, нет, Катя выдержала почти три недели. После Холли они менялись с быстротой молнии.

— Самая первая, она работала здесь дольше всех. Нянчила Мэдди и Элли, прожила здесь почти три года, а потом… Впрочем, не важно. Вторая по счету, Лорен, проработала восемь месяцев.

Следующая не продержалась и недели. А та, что была перед Катей, Майя, сбежала в первую же ночь.

— Как это? Что случилось?

— Вызвала такси и уехала. Оставила половину вещей, Сандре пришлось отправлять их почтой.

— Я имею в виду, из-за чего она так спешно уехала?

— Ну не знаю, — замялся Джек. — Всегда думал…

Он покраснел до корней волос и опустил взгляд на пустой стакан.

— Продолжай, — потребовала я.

Джек помотал головой, точно разозлившись на себя.

— Черт, я говорил, что не буду этого делать.

— Чего ты не будешь делать?

— Сплетничать о своих работодателях, Роуэн. Я сказал тебе это еще в первый день.

Когда Джек произнес это имя, напомнившее обо всем, что я от него скрываю, меня охватило чувство вины, однако в ту минуту меня интересовали другие тайны. Что испугало моих предшественниц? Почему они сбежали?

— Послушай, Джек, — я взяла его за руку, — я тоже здесь работаю. Мы с тобой в одной лодке.