Поворот ключа

В этом доме было что-то нездоровое, мистер Рэксем. Не знаю, принес ли Билл эту болезнь с собой или, напротив, заразился и стал человеком, которого я встретила в тот первый вечер, — безжалостным хищником, подстерегающим невинных жертв.

Знаю только, что у них есть что-то общее, и если сцарапать ногтем обои с павлинами или отбить кусочек гранитной плитки, оттуда поползет такая же омерзительная чернота, как из-под кожи Билла Элинкорта.

«Не ищи его, — сказала мне о нем мать. — Не надо искать его, Рейчел. Ничего хорошего из этого не выйдет».

Она была права. Господи, как же она была права! Почему я ее не послушала?

— Ладно, Рианнон, пойдем спать, — сказала наконец я. — Мы обе устали и, пожалуй, слишком много выпили. Поговорим завтра.

Я позвоню Сандре и все объясню, расскажу правду. Голова раскалывалась от похмелья и усталости, и я не могла подобрать слова, но знала, что обязательно их найду. Нельзя позволить Рианнон меня шантажировать.

Поднимаясь вслед за девочкой по лестнице, я на мгновение представила, что Сандра встретит меня с распростертыми объятьями, примет в семью.

В глубине души я понимала: это совершенно невозможно. Даже самой великодушной женщине нелегко было бы смириться с появлением взрослой падчерицы, о существовании которой она не подозревала, да еще при таких обстоятельствах. Я не питала иллюзий по поводу предстоящей беседы.

Ну что ж, сама виновата. Разумеется, она меня уволит. Однако я была почти уверена, что Билл не станет подавать в суд на собственную дочь, матери которой он бросил жалкую подачку, прежде чем навсегда исчезнуть из ее жизни.

Скандал представит семейство Элинкортов не в лучшем свете. Они отпустят меня на все четыре стороны. Я вновь останусь одна, и не видать мне Хетербро как собственных ушей.

Пока Рианнон не повернула ручку двери с угрожающей надписью и не закинула туда свои туфли, я как-то не задумывалась, где собираюсь спать.

— Спокойной ночи, — непринужденно сказала она, словно между нами произошла всего лишь легкая семейная пикировка.

— Спокойной ночи, — ответила я, сделала глубокий вдох и открыла дверь своей комнаты.

Телефон с чердака лежал у меня в кармане, а кулон, который я прятала от Билла, покоился на груди.

Дверь шкафа была заперта, как я ее и оставила. Я уже хотела схватить пижаму и спуститься, чтобы провести остаток ночи на диване, как вдруг по комнате пронесся порыв ветра, а деревья под окном застонали. Шторы затрепетали, в комнату ворвался сосновый аромат шотландской ночи.