Она действительно чувствовала себя неважно, да и он не мог похвастаться хорошим настроением, опустошенный, словно выжатый лимон. Всю дорогу проделали молча. Она смотрела в окно, он смотрел в окно. Каждый думал о своем, но, как оказалось, думали они об одном и том же. Об их совместной жизни. В которой надо было или что-то решать, или что-то менять.
Дома тоже молча двигались по комнатам, мылись, переодевались, все время думая, что поговорить рано или поздно придется. Оба морально готовились к этому откровенному разговору.
И так уж вышло, но начали они его одновременно.
И сразу же замолчали. Марина отвернулась. Сегодня Сергею, против обыкновения, не хотелось язвить, подавлять ее словами. Он устал. От всего. И от этой модели поведения, которую он, сам того не замечая, перенял от отца, в том числе.
- Что ты хотела сказать Марина? – сказал он, отойдя к окну.
А ей было трудно вот так выложить то, что скопилось на душе. Одно дело, когда они ругались, в запале слова вылетали сами.
А когда он говорил тихо и беззлобно...
- Сергей... что с нами будет? – проговорила она минуту спустя, глядя в его спину.
Тот молчал некоторое время, потом пожал плечами, ответил устало:
- Что с нами может быть? Ничего.
- Я не хочу. Я так не хочу... – она смотрела прямо перед собой, шепча, - Не хочу, чтобы ничего не было. Это моя жизнь, наша жизнь, Сергей.
Он обернулся на ее слова, но остался стоять на месте.
- Чего ты хочешь от меня, Марина?
- Чего хочу? – она встрепенулась.
– Хочу услышать правду.
Он потер переносицу, потер лоб, опустив голову, потом выдавил:
- Какую правду?
Марина хотела бы спросить очень о многом, но почему спросила именно о том, что старалась подавить в себе всеми силами:
- Ты ее любишь?
Услышав этот вопрос, он резко вскинул на жену взгляд. Марина казалась больной. Осунувшаяся, под глазами круги, губы нервно сжаты, а в глазах лихорадочный блеск. Ему вдруг стало тревожно за нее:
- Марина, ты нездорова?"
"Она болезненно поморщилась, понимая, что он пытается ее отвлечь.
- Ответь, - прошептала упрямо.
Ответить на этот вопрос было не так-то просто. Сергей смотрел на жену, пытаясь понять себя.
- Нет, - ответил не сразу, но твердо.
- Но, - Марина развела руками, качая головой. – Что же это тогда, если не любовь? Ты же сам не свой из-за этой женщины...
- Нет, - повторил Сергей.
Марина всплеснула руками и заходила по комнате. Вид у нее был тоскливый и какой-то обреченный.
