Позднорожденные. Том 3

— А может не она вбила блажь? — Софи развернула бургер и впилась в него зубами. Проголодалась очень.

— А, ты, похоже, разделяешь ее видение, что раз мы старые друзья, так между нами должна вспыхнуть любовь?

— Разве любовь между эльфами может «вспыхнуть»? — ухмыльнулась Софи, стирая кетчуп с губ.

— Разумеется, нет. Она должна медленно разгореться из крохотной искры и захватить все существо твое как лесной пожар. Так пишут в наших старых книгах, в летописях о Владычице лесов и ее супруге, первом эльфе из всех.

— Нилан.

— Или на предательство всего, что я есть.

Софи медленно прожевала и нахмурилась.

— Знаешь, если все, что ты есть, это страдание и ненависть, то может и ну его?

Нилан вскинул брови и рассмеялся.

— Речи достойные великих мудрецов, смертная.

Софи пожала плечами.

— Хватит с меня поучений. Спасибо. Можно я сам разберусь в своей тонкой душе?

— У тебя просто не получается. Мы же как лучше хотим, — стушевалась Софи.

Софи покраснела, поняв, что сболтнула лишнего. Она же не должна была слышать, как Сцина его поучала.

— Твои друзья, — не растерялась она.

— Ага. — Нилан сметливо прищурился. — Тогда пусть мои друзья не суют нос, куда не просят. Идет? — Софи понуро вздохнула и кивнула. — У нас тут с кроватями дефицит. Я могу сказать Линару, что он будет спать у тебя? Вы единственные, кому по-хорошему допустимо делить ложе и я по-дружески советую тебе не ломаться и обнять уже своего любимого Джонни.

Софи насупилась. Вот же засранец! Но упираться и оставлять Линара или Нилана ночевать на бетонном полу было так по-детски, что она кивнула.

— Ладно. Конечно. Пусть приходит.

Нилан посидел с ней, пока она доела, забрал пакет. Софи завернулась в одеяло и попыталась подремать, ведь делать тут было совершенно нечего. Скоро в дверь постучали.

— Входи, — разрешила Софи, не вылезая из-под одеяла. Она знала, что это Линар. Чувствовала это, словно фантастический медиум. Софи зажмурилась и закрыла глаза. Как бы пережить эту ночь.

Джон вошел, закрыл дверь, но задвижку Софи не услышала. Дальше прятаться с головой под одеялом показалось ей не слишком уместным, так что она приподнялась.

— Привет, устраивайся, — кивнула на половину узкой койки. Вдвоем тут можно было лечь, разве что тесно прижавшись.