Позднорожденные. Том 3

Ночью Софи подремала на заднем сидении, положив голову на колени к Линару и подсунув под щеку его куртку. Он нежно гладил ее волосы.

Машина быстро летела по трассе в неизвестность, подальше от людских городов.

Места становились глуше, еда в придорожных забегаловках дурнее, туалеты на заправках все страшнее.

— Куда мы забираемся?

— Увидишь, — отвечали ей и Софи утомленно кивала.

На третий день они съехали с четырехполосной трассы и стали забираться еще дальше, по старым местами весьма разбитым двухполоскам.

Их дорогой седан не был готов в такому: частенько скреб днищем.

Потом они и вовсе пробили колесо и Нилан его менял, потому что Шедар и Линар оказались совершенно не готовы и на просьбу достать домкрат, разводили руками. В итоге Нилану помогала Сцина и Софи.

— Вот же... — кряхтел он, затягивая гайки. — Высокие... великие... эльфы... а колесо... хех! Поменять не могут, — он утер пот.

— Теперь я умею это делать, — холодно отозвался Линар.

— Молодец! — огрызнулся Нилан. Они посмотрели друг на друга и умолкли.

Чем ближе они были к цели своего путешествия, тем мрачнее становилась Сцина, Линар и Нилан. Что-то словно нависло над ними как туча на небе.

Софи улучила момент на заправке и спросила Линара:

— Что с тобой? Что вы все такие мрачные?

— Мелана, — сказал он и опустил глаза. — Нам всем придется сказать ей.

— О... — Софи почувствовала, что общая тучка добралась и до нее.

На четвертый день она сказала Джону, что если не поспит в кровати, то умрет. На что ей логично ответили, что если они чем-то привлекут к себе внимание в гостинице, то умрут все.

Не фигурально. Софи, разумеется, предпочла и дальше отсыпаться на заднем сидении.

В путешествии разница между выносливостью эльфов и ее становилась очень заметна. Ей чаще хотелось есть, пить, нужно было в туалет. Софи спала каждую ночь, тогда как Нилан уже четыре дня гнал автомобиль и сомкнул веки всего на пару часов, когда они съехали с трассы, чтобы дать отдых водителям. Они со Сциной поспали два часа, попили воды и снова сели за руль.

Кайрин был все дальше. На горизонте медленно вырастали горы, равнины центральной части страны оставались позади, местность становилась суровее. Около дороги то и дело стали мелькать не пушистые сосны и высокие тополя, а огромные каменные валуны, притащенные сюда последним ледниковым периодом миллион лет назад.

Сланден был в паре дней пути, но даже отголоска моря тут не доносилось. Деревья мельчали, над ними нависали свинцовые низкие тучи и вечно моросило.