Бывалые спецы сами пребывали в шоке от выходки Леи. Как только страсти улягутся, я еще не раз услышу шутки от ребят.
Лею чуть не убили, а она быстрее меня пришла в себя, потребовала летать в больницу. Не хотелось думать, что она отвечает моему брату взаимностью. Но и исключать не стоит.
Валид…
Я не сомневался, то он выкарабкается. Как только поправится, я с ним поговорю откровенно по-мужски. С другой стороны мне страшно услышать, что между ними есть чувства, что он смел к ней притрагиваться! Не уверен, что смогу удержаться и…
Разрывало от бешенства только от мысли, что они могли быть вместе.
Я не думал, что могу попасть в такую ситуацию. Делить женщину с братом. С ума сойти можно. А винить кроме себя некого."
"Лея продолжает меня игнорировать и это не из-за пережитого шока, она всем своим существом демонстрирует холодность. На самом деле такая реакция обнадеживала. Если бы она со мной общалась, будто ничего не произошло, вела бы разговоры о Валиде, стоило бы сильнее волноваться. Хотя и сейчас места от сомнений не находил.
Поэтому, как только Корней увел ее к неврологу, поинтересовался у Петра:
— Что между Леей и Валидом? — отвожу взгляд в сторону, словно влюбленный пацан, но я должен знать, чтобы от своих думок не рехнуться.
— А что между ними? — искреннее непонимание в голосе. — Ты о чем, Чех? — сложно признаться, что ты такой железный снаружи и внутри, начал плавиться, как воск на солнце.
— Петр, ты правильно понял вопрос, — голос срывается. — Между ними что-нибудь есть?
— Друзья они, просто друзья.
Будь там что-нибудь, я бы заметил. Откуда только в твою голову такие дурные мысли лезут? — строго произнес старший товарищ. Меня отпустило. Все это время, будто решалась моя судьба, а я находился в подвешенном состоянии, ждал, что вздернут, а тут наградили.
Чем больше наблюдаю за Леей, тем сильнее убеждаюсь в том, что она на меня обижена. Значит, до сих пор задевает, что я решил тогда оставить все, как есть.
Я специально беру один номер на двоих, нельзя в таком состоянии оставлять ее одну, хотя и понимаю, что столкнусь с нечеловеческим упрямством.
Записываю нас как мужа и жену и впервые не противлюсь этой мысли. Лея моя жена и я намерен этот брак сделать настоящим, о том, что мой брат может стать помехой, думать не хочу. Ведь я слышал его признание, оно до сих пор звучит в голове.
С Леей мы не общаемся. Точнее я произношу короткие фразы, она выполняет просьбы. В лифте тоже молчим, я ловлю на себе косые взгляды портье.
