Руки засунуты в карман, голова немного запрокинута. Он будто наслаждался тишиной и уединением, близостью с природой. Мне тоже захотелось закрыть глаза и поднять голову к небу, набрать полную грудь чистого воздуха пропитанного еловым ароматом. Долго так стоять у меня не хватило терпения, я постоянно бросала взгляды в сторону Самира. Вроде должна успокоиться, что меня тут не бросили одну, а я наоборот разволновалась.
Вернувшись в дом, я все-таки закончила делать ягодную заготовку и отправила полные контейнеры в морозилку.
Чех с Валидом столько коробок перетаскали в подвал, что там запасов хватит лет на пять. Я не смотрела, но была уверенна, что половина из них — продукты. На ужин приготовила яичницу с беконом. Сама я объелась морошки, но ведь гостя голодным не оставишь. Хотя, гость здесь скорее я, Чех везде чувствовал себя хозяином и соответственно себя вел.
На столе остывал ужин, а Самир все не заходил в дом. Некрасиво будет, если я сяду за стол без него. Вот что он там застрял? Теперь звать придется.
Блин, как же неловко я себя чувствовала.
Выйдя из хижины, оглянулась…
Пропал… Куда он делся?
Быстрым шагом спустилась по лестнице и пошла по дорожке к реке. После вчерашнего дождя воды в ней стало значительно больше, но Валид уверил меня, что до дома она вряд ли доберется, если даже начнутся затяжные дожди.
Подошла к берегу. Я не видела Самира, обернулась на всплеск воды. Он выходил из реки. Бог ночи. Несмотря на достаточно прохладный вечер, мне стало жарко.
Нужно отвернуться, еще лучше развернуться и уйти, а я на него пялюсь. Свет луны играл на поверхности воды, силуэт Чеха мне было хорошо видно. Богатое воображение нарисовало капли воды на его теле. А вот белья я на нем не могла разглядеть. Сглотнула слюну и, не оглядываясь, бросилась обратно в дом.
Я спряталась в комнате. Сердце гулко билось в груди. Лицо горит. Я несколько раз залазила в реку, ноги помочить. Даже не думала, что там можно поплавать. Вряд ли Чех себя обливал стоя по колено в воде.
Лучше об этом не думать. Сразу всплывают воспоминания о том дне в бассейне.
«Два дня простоять, да две ночи продержаться…» — пришла на ум крылатая фраза из старого фильма, но я ее немного изменила.
— Лея, извини, что заставил ждать. Выходи, будем ужинать.
— Не хочу. Морошки наелась, — прокашлявшись, ответила.
— Я жду, — властно прозвучало. Удаляющихся шагов я не слышала. Блин, как выйти, если мне ему стыдно посмотреть в глаза.
