— Думаешь, я не знаю, что ты частенько в лазарет захаживаешь? А еще, к моей бывшей жене клинья подбиваешь! Совсем мозги бабе запудрил, та и дала слабину!
Он резко дал по тормозам. «УАЗ» остановился посреди дороги.
От неожиданности, я едва не слетел с сиденья, но вовремя удержался.
— Дать бы тебе в морду, да что толку? — процедил прапорщик, глядя на баранку. Видно было, что он как-то слишком эмоционально к этому относится. Наверное, развелись они по какой-то причине, с которой он был не согласен. — Вот скажи, зачем тебе Машка? Поиграться и бросить?
Что-то мне прямо сейчас подсказывало, что ранее мой реципиент был еще тем бабником.
Причем совершенно недальновидным и легкомысленным. Конечно, медичка молодая и сочная женщина, есть на что посмотреть — но зачем так рисковать?! Уж не знаю, было ли что между нами раньше, но сейчас я был намерен твердо поменять курс. Ничего хорошего из романа между медсестрой и сержантом срочной службы точно не получится. Я всегда трезво оценивал такие вопросы.
— Зачем? — повторил он.
— Думаешь, ты особенный? Да я таких как ты уже встречал. Для вас влезть в семью и все развалить, как два пальца об асфальт!
— Ни зачем! — тщательно обдумав эту мысль, ответил я. — Мне двадцать, ей тридцатник скоро. Как закончу службу, сразу домой. Ну да, признаю так себе поступок. Случайно, наверное.
— И со Светой из клуба, тоже случайно получилось? — едва сдерживая злость, процедил прапорщик. — И с Мариной, что в солдатской чайной заведует да? Сколько странных случайностей.
Я шумно выдохнул. Все ранние заслуги младшего сержанта Жарова меня сейчас совершенно не волновали. Хотя, он, конечно, засветился. Да и как я могу отвечать за то, чего не делал?
— Товарищ прапорщик, не надо тут морали мне читать. По поводу Марии Андреевны, согласен… Больше ноги моей в лазарете не будет. Но остальное, вас вообще касаться не должно.
— А ты реально смелый! — хмыкнул Буров, вцепившись в руль так, что аж пальцы захрустели. — Теперь понимаю, почему о тебе столько разговоров.
Знаешь, до части-то можем и не доехать…
Повисла продолжительная пауза, во время которой мне стало не по себе. Было ясно, в каком контексте они были сказаны. Ну да, его слова меня зацепили, чего греха таить? А если серьезно, какое я имею отношение к тому, что творил младший сержант Жаров до того, как я занял его место?
— Не я такой, жизнь заставила! — я намеренно сбавил обороты, сообразив, что перегибаю палку. Не может так срочник разговаривать с прапорщиком.
